• Usd 68.89
  • Eur 78.52

Редакция

editorial@incrussia.ru

Реклама

advertising@incrussia.ru

Журнал

Игорь Рябенький: «Российским стартапам не хватает хуцпы»

Игорь Рябенький: «Российским стартапам не хватает хуцпы»

Рубрики

О журнале

Соцсети

Напишите нам

Взлететь

ScrumTrek:

как заработать на эджайле до того, как это стало мэйнстримом (заполучив в евангелисты самого Грефа)

Наталия Боева

автор Inc.

Звездный путь пионеров российского эджайла начинался с офиса в McDonalds и трех ноутбуков, подключенных к одной розетке. В 2007 году Асхат Уразбаев уволился из крупной IT-компании и на свой страх и риск стал заниматься Agile-консалтингом. В свою команду он взял молодого, но перспективного Никиту Филиппова и цепкую Ирину Ринчинову. Стартап получил название ScrumTrek и сразу попал «в струю»: многие компании хотели учиться гибкому управлению процессами (сначала из-за кризиса, потом — из-за цифровой трансформации). За прошедшие 12 лет команда разрослась с 3 до 50 человек, а ее клиентами стали более 250 организаций, в том числе ЦИАН, «Билайн» и «Альфа Страхование». Основатели ScrumTrek рассказали Inc., чем хороши кризисы для эджайл-консалтеров, как они уговорили американскую «звезду» выступить на тесной кухне (да еще и бесплатно) и каким образом Герман Греф привел к ним клиентов, о которых приходилось только мечтать.


Что такое Agile


Agile (проворный, от английского agile) — гибкий подход к управлению проектами и продуктами. По сути, это целая система ценностей, которая позволяет быстро адаптироваться к изменениям. Ее придумали программисты, но применяют не только в IT.

Вот основные положения Agile:

  • люди и взаимодействие важнее процессов и инструментов;
  • работающий продукт важнее исчерпывающей документации;
  • сотрудничество с заказчиком важнее согласования условий контракта;
  • готовность к изменениям важнее следования первоначальному плану.

Чтобы применить философию Agile на практике, используют отдельные методы управления проектами — Scrum и Kanban.

Scrum — методика командной работы, в рамках которой рабочий процесс разбивают на равные спринты (от недели до месяца). В начале каждого такого спринта формулируют задачи, а в его конце анализируют полученные результаты и ставят цели на следующий.

Kanban — менее формализованный подход к управлению, направленный на равномерное распределение нагрузки между работниками. Рабочий процесс здесь делится на стадии выполнения конкретных задач: «Запланировано», «В разработке», «Готово» и т. д. Канбан поощряет небольшие и эволюционные изменения в продукте (глобальные перемены считаются большим риском). Инициатива каждого разработчика приветствуется и поощряется.


Середина 2000-х. Эпоха первых национальных проектов Дмитрия Медведева. В софтверной компании Luxoft раздался звонок из правительства. «Почему не работает ссылка?» — поинтересовались на том конце провода. «А вы действительно мониторите? Сейчас всё исправим!» — пообещали изумленные разработчики (ведь ранее госзаказчиков особо не заботил ход реализации проекта). В правительстве удивились не меньше: впервые чиновники могли в режиме онлайн наблюдать за исполнением своего заказа (это позволяла гибкая разработка).

Так в России реализовывался первый государственный проект, основанный на принципах Agile. За внедрение этого гибкого подхода к разработке в Luxoft отвечал Асхат Уразбаев. Через год он уволился из компании — чтобы продвигать набирающий популярность эджайл в массы, но уже самостоятельно…


ScrumTrek в цифрах

Источник: данные компании


5

тыс. руб., 3 ноутбука и покупка домена — начальные инвестиции.


257

млн руб. — выручка компании в 2018 году.


50

сотрудников работают в штате компании.


~ 30%

выручки компании дают открытые тренинги, еще 55% — коучинг и корпоративные тренинги, 15% — проведение конференций.


2

млн руб. — средний чек компании за коучинг.

Асхат Уразбаев. Фото: Андрей Стекачёв/Inc.

Оплата «по понятиям»

К 2008 году Уразбаев уже давно был «в теме»: получил сертификат Scrum-мастера от Scrum Alliance в Нью-Йорке, возглавил несколько внутренних Agile-проектов в Luxoft, провел несколько тренингов. Первым его самостоятельным выступлением после увольнения стал мастер-класс в Минске, собравший около 40 человек. Для этого Асхат просто написал в своем ЖЖ (у него было много подписчиков), что хотел бы провести в столице Белоруссии тренинг по эджайлу. Вскоре один из минских подписчиков предложил в качестве локации переговорку компании, в которой работал. Билет на тренинг стоил €90, выручить удалось €3,6 тыс.

После Минска Асхат 1,5 месяца просидел без дела и уже подумывал вернуться к офисной работе. Ситуацию спас его знакомый Никита Филиппов из компании «Бегун» (познакомились на конференции РИТ-2007). Он предложил руководству пригласить Уразбаева в качестве консультанта по внедрению Agile в бизнес-процессы. Сам Никита так загорелся эджайлом, что через некоторое время уволился из «Бегуна» и попросился в команду к Асхату. Тот согласился: «вдвоем веселее».


Павел Выхрыстюк

младший партнер Bain & Company


Рынок Agile-консалтинга в России до конца еще не сформировался. Сейчас он растет вширь — расширяется отраслевая палитра интересующихся agile. Затем рынок будет расти вглубь — когда за отраслевыми цифровыми лидерами займутся цифровизацией и другие компании-последователи. А значит, появится место для новых игроков.

У традиционных компаний — существенный вызов, так как жить по agile, как правило, кроме IT-специалистов или консультантов никто не умеет. Можно хоть 10 раз назваться agile-организацией, но таковой от этого не станешь. Это все равно что смотреть Уимблдон по телевизору и надеяться стать хорошим теннисистом, просто взяв в руки ракетку и выйдя на корт. Чтобы стать настоящей agile-организацией, нужно не только научить команду работать по-новому, но и изменить организационную среду. Без внешней помощи с этой задачей порой просто не справиться. И даже если вы поднажмете, весь процесс займет не менее 3 лет.


Представляться ИП Уразбаев партнерам стало «как-то несолидно». Тогда Филиппов, большой поклонник сериала StarTrek, предложил Star заменить на Scrum — так и получился ScrumTrek. Но открывать новое юрлицо не стали — просто перерегистрировали ООО, принадлежавшее жене Асхата. «Регистрация стоила 20 тыс. руб., а перерегистрация — 5 тыс. руб. Мы сэкономили 15 тыс. руб. для семейного бюджета, и для нас это были гигантские деньги», — улыбается Уразбаев.

Опять же из соображений экономии, самостоятельно сделали простенький сайт «на коленке» и принялись искать клиентов. Первых заказчиков помогло привлечь «сарафанное радио». Партнеры обратились также за помощью к компаниям, специализирующимся на тренингах для IT, — с каждого заказа им отдавали процент (иногда до 200% от стоимости услуги). «Они помогли нам ценники повысить. Сами мы боялись — нам казалось, что и так очень дорого», — рассказывает Уразбаев.

Первое время выступали на конференциях и давали тренинги по Agile. Позже добавился коучинг — Уразбаев и Филиппов «присоединялись» к компании клиента и помогали ей выстроить бизнес-процессы. В какой-то момент партнеры решили, что без хорошего продажника им не обойтись. Так в компании появилась Ирина Ринчинова — ее переманили из компании ТЕКАМА (занимается организацией тренингов, в том числе продавала тренинги ScrumTrek). «Она попросила 30% от выручки. Мы мялись-мялись — кажется, дорого. А с другой стороны, если она нам чек в 5 раз увеличит, — пофиг, и мы согласились», — вспоминает Уразбаев. Спустя несколько месяцев партнеры «передоговорились» с Ринчиновой о «более разумном» проценте от прибыли и предложили ей пост генерального директора.

Вообще, по словам Асхата, к вопросу оплаты в ScrumTrek всегда подходили легко: «Мы просто по понятиям в конце месяца всё делили между собой. Никита: “что-то мне мало”. Мы: “ну ладно, возьми еще”. Он: “да не, я закрыл свои проблемы, купил телевизор”. Мы: “ладно, давай назад”. Сейчас, конечно, смешно».

Первые совместные встречи проводили в McDonalds в «Ереван Плазе»: неподалеку жил Филиппов (а еще там хороший Wi-Fi и можно подключить к розетке сразу 3 ноутбука). Всю организационную работу выполняла Ринчинова: она была и аккаунт-менеджером, и коммерческим директором, и генеральным директором, и секретарем, и маркетологом. Уразбаев и Филиппов вели тренинги и выступали коучами. Выручка по итогам 2008 года составила 10 млн руб. (прибыль партнеры не раскрывают).

Ирина Ринчинова
Асхат Уразбаев. Фото: Андрей Стекачёв/Inc.

Кухонные популяризаторы

Еще с 2006 года у Уразбаева был опыт организации ежемесячных «посиделок» для энтузиастов и интересующихся эджайлом. Мероприятия под названием Agile Russia (сейчас Agile Kitchen) были бесплатными для всех участников. На первую такую встречу пришло 12 человек, но интерес к гибкому управлению процессами в России постоянно рос. К концу 2008 года нужен был какой-то более масштабный формат: так родилась идея проводить AgileDays — конференции для популяризации эджайла в России. Поначалу участие в них было бесплатным, а видео всех выступлений размещали в интернете.

На первую конференцию удалось заманить американскую «звезду» — Майкла Физерса, автора книги «Эффективная работа с унаследованным кодом». Он был довольно известен в IT-сообществе, а в Россию приехал по приглашению компании «СКБ Контур» — чтобы выступить в Екатеринбурге. Физерс согласился бесплатно участвовать в организованной ScrumTrek конференции — ему просто хотелось «погулять по Москве».

«Организация подвела, было чудовищно», — признает Уразбаев. Небольшая корпоративная кухня Luxoft, где проходила конференция, вмещала не более 90 человек и оказалась забита людьми под завязку. «Остальные приходили, мы им говорили: вы не помещаетесь, уходите. Но сама конференция прошла хорошо», — рассказывает Асхат.

Мероприятие стало ежегодным и единственным в своем роде на всю Россию. Весной 2019 года ожидается 1,2 тыс. участников, а вместо тесной кухни гостей будет принимать Центр Международной Торговли. Вход для участников — от 36 тыс. руб., онлайн-доступ — 8 тыс. руб. Кроме того, под эгидой ScrumTrek осенью проходит узкоспециализированная Agile Business Conference, стоимость билетов — от 19,5 до 35 тыс. руб.

Бесплатные встречи Agile Kitchen продолжаются: несколько раз в месяц на них обсуждают различные проблемы, связанные с эджайлом. Для ScrumTrek это хорошая площадка по обкатке выступлений (пусть даже неудачных) начинающих коучей перед заинтересованной аудиторией — они могут сразу получить обратную связь.

Ирина Ринчинова. Фото: Андрей Стекачёв/Inc.

«Не было бы счастья…»

Конференция с участием Физерса помогла ScrumTrek привлечь новых клиентов. Компания решила обзавестись собственным офисом в Газетном переулке (оттуда, правда, быстро съехали — помещение было мрачное и холодное) и увеличить штат: взяли нескольких IT-шников и специалиста бэк-офиса. Кроме того, регулярно обращались к услугам сторонних коучей.

И тут разразился кризис 2008 года. Все были в панике: все сокращают бюджет, кому нужен Agile? Оказалось, многим. Слабые компании экономят, топовые — напротив, инвестируют. «Это хороший момент, чтобы всех быстро сожрать, пока все испугались, чтобы быстро вырваться вперед, — полагает Уразбаев. —- А мы в основном с такого типа компаниями и работаем, которые верят в такие странные вещи, как культура организации».


Надежда Авданина

экс-CTO «Альфа-Лаборатории» (закрыта в 2017 г.)


С 2013 по 2015 годы мы вели со ScrumTrek несколько проектов. Для меня хороший консалтинг — это адекватный менеджер плюс конкретный человек. Нам повезло: в ScrumTrek были сильные ребята, которые отвечали этим требованиям.

Один проект был крупным, когда ребята очень сильно помогли мне лично завести трансформацию, модернизировать Лабораторию, поставить ее на рельсы Agile. Параллельно подключали еще один — связанный с трансформацией конкретного «куска». Мне кажется, ScrumTrek прикольно общаться с инновационными командами, которые готовы подхватывать новые веяния.


На ScrumTrek навалилось сразу несколько новых проектов. Среди клиентов той первой волны — интернет-гиганты: «Яндекс», «Рамблер», «Лаборатория Касперского». Следом зашли некоторые банки. В 2010-2011 появился Сбербанк, и это, по словам Асхата, «было прямо вау-у как с точки зрения бюджета, так и задач!» В свою очередь, Ирина Ринчинова из всех заказчиков выделяет «Альфа-Лабораторию» (бывшее digital-подразделение Альфа-Банка). «Мы 2 года работали над заключением контракта. И это была большая победа даже не с точки зрения денег. А в плане того, сколько кейсов мы вместе сделали и каких успехов достигли», — говорит она.

По мере нарастания экспертизы в разных сферах менялась и тематика консалтинговых услуг ScrumTrek. Начинали с повышения эффективности командной работы. Далее путем проб и ошибок научились «воспитывать» хороших продакт-оунеров (так называют сотрудников, которые принимают окончательные решения в Scrum Team). Потом столкнулись с проблемой, когда готовый продукт (разработанный по Agile) не могли вписать в действующий бизнес, — маркетинг не умел рассказать клиенту о появившихся классных фишках.

Все это привело к появлению новых блоков в системе тренингов и коучинга ScrumTrek. Сейчас коучи компании умеют перестраивать бизнес-процессы в организациях от стратегии до конечного результата, причем идут от обратного, снизу. В этом, по словам Уразбаева, ключевое отличие от той же «большой четверки» (крупнейшие в мире компании, занимающиеся консалтингом и аудитом: Deloitte, PWC, E&Y, KPMG). «Они идут от стратегии, а потом говорят: для реализации наймите каких-нибудь классных людей, чтобы все это сделать. И там обычно это все застревает — где их взять-то, таких специалистов?» — объясняет Асхат.

С каждым новым кризисом компания только разрасталась. В 2014 году выручка составила около 80 млн руб. (по оценке Inc.): годом ранее было 45 млн руб.

Фото: Андрей Стекачёв/Inc.

Акселератор кадров

Команде становилось тесно в рамках одного только консалтинга. Один из сотрудников ScrumTrek Максим Коробцев предложил компании заняться геймификацией. Так в 2013 году появилось направление GameTrek, которое создавало игры под конкретную задачу (чаще всего такие разработки применяются в системе мотивации персонала). Среди тех, кто воспользовался этой услугой, — Tele2, «Мегафон Ритейл», МТС, «Одноклассники», «Бургер Кинг».

Весной 2018 года GameTrek отделилась от материнской структуры. Сейчас эта компания полностью принадлежит ее создателю и гендиректору Максиму Коробцеву. Выручка в 2017 году составила 3,6 млн руб. (по данным ООО «Коммерсантъ КАРТОТЕКА». — Inc.).


Никита Филиппов

сооснователь и директор по развитию продукта в ANNA Money, экс-партнер ScrumTrek


Мы достаточно долго проработали с Асхатом. Я был сотрудником «номер два», но это все-таки его компания. Думаю, я много сделал для ее успеха, но мне перестал быть интересен консалтинг как способ заработка. Это не совсем бизнес (мало кому в мире удалось построить консалтинг как отчуждаемый актив), он больше похож на деятельность юридических компаний: работаете — получаете процент с прибыли, не работаете — ничего не получаете. Навык коуча сводится к продажам боссам, решать задачки на большом масштабе мне было не интересно.


По схожей схеме развивалась история с RocketSiebel — это направление появилось в 2015 году, но по-прежнему остается подразделением ScrumTrek. Идея принадлежала специалисту компании Евгению Кривошееву — он убедил основателей, что такой продукт будет востребован на рынке. Это сугубо IT-шная, даже инженерная история: инструмент, который позволяет ускорять работу в CRM-программе Siebel от Oracle. Само приложение — тяжелое и громоздкое. Чтобы разработчикам было проще им пользоваться, придумали дополнительный фреймворк. Основными потребителями продукта стали банки — Сбербанк, Русфинанс Банк, ВТБ. Объемы деятельности не раскрываются.

Но самым успешным с финансовой точки зрения стало продуктовое направление Octoberry, чей оборот в 2017 году составил почти 39 млн руб. Идея заняться рroduct-sourcing принадлежала Никите Филиппову. Команда под его руководством бралась за исследования рынка и валидацию гипотез, разработку (разумеется, по законам Agile), анализ и тестирование — вплоть до самого релиза приложения. Например, в рамках этого направления велась работа над финансовым помощником «Альфа-Банка» Alfa-Sense. В числе клиентов — ЦИАН, «Билайн» и «Альфа Страхование».

Филиппов в этот период отошел от консалтинга и занимался только Octoberry. А в 2017 году вышел из всех проектов ScrumTrek и уехал в Лондон, где с выходцами из «Альфа-Банка» и «Точки» основал сервис для предпринимателей ANNAMoney. Расстались с ним на условиях, что ScrumTrek в течение нескольких лет будет выплачивать ему ежемесячную зарплату (размер и срок не раскрывают).

С уходом Филиппова Octoberry хотели интегрировать со ScrumTrek. Но сложилось иначе: к концу 2018 года гендиректор подразделения Ираклий Агладзе выкупил продуктовый бизнес у Ринчиновой и Уразбаева (сумму сделки не разглашают). По словам Агладзе, причина простая — удобнее позиционироваться, не смешивая бренды и направления. У Ринчиновой другое объяснение: « Культурно Octoberry и ScrumTrek не смогли вместе жить, стать одной семьей. У нас, к сожалению, не нашлось другого такого же лидера, как Никита, который смог бы вести продуктовую команду за собой».

Фото: Андрей Стекачёв/Inc.

Хайп поневоле

«Не освоишь Agile сегодня, станешь лузером завтра», — для многих эти слова, сказанные Германом Грефом в начале 2016 года на Гайдаровском форуме, стали неожиданностью. Уже спустя несколько дней Уразбаеву позвонили сразу 3 зампреда разных банков и сказали что-то вроде: «Асхат, мы долго думали над вашим предложением — и согласны. Давайте скорее встречаться».


Сергей Дмитриев

бизнес-терапевт, совладелец Unusual Concepts


ScrumTrek открылась в далеком 2007 году и начала свою просветительскую работу, когда слово Agile практически никому в РФ не было известно. Преимуществ у компании много: огромный опыт, хорошая репутация, знание всех участников рынка и его понимание… К недостаткам, которые мне видны, отнесу текучку кадров.

Вместе мы занимаем львиную долю российского рынка, но у нас разные подходы к клиентам. Рынку эта разница понятна — каждый клиент находит своего консультанта.

Потенциал для роста рынка Agile-консалтинга в России огромен. То, что мы видим сейчас, — по-прежнему часто «игрушка для IT-отдела». Реальных изменений на этом пути можно добиться только после 5-7 лет упорной работы на всех уровнях.


Помимо новых банков за последние 3 года эджайлом заинтересовались нефтяники и промышленники. И это большой вызов: структуры новых клиентов в разы больше, чем те, с которыми ScrumTrek имел дело ранее. И всем им нужна цифровая трансформация. «Нам говорят: ”Хотим стать более эффективными”. Зачем? Нет, вам не нужно! Начинаешь влезать в детали. А там конкуренция — они друг друга поджимают, много всего надо перестраивать, чтобы быть более эффективными, чтобы обгонять остальных», — поясняет Уразбаев.

По данным ScrumTrek, в 2018 году ее выручка составила 257 млн руб. Увеличить показатели в ближайшие годы возможно, уверена Ирина Ринчинова: ScrumTrek только недавно вышел на онлайн-рынок. При этом открытые тренинги (в эту статью включены и онлайн-тренинги) уже приносят до 30% выручки. Емкости оффлайн-рынка тоже хватает: эджайлом пока охвачена далеко не вся промышленность. Территориально также есть где работать: регионы, страны СНГ и даже Европа. Но Асхат Уразбаев считает: если выходить за рубеж, то сразу в США. Правда, для этого рынку надо предложить что-то уникальное. Кроме того, необходимо уехать туда на несколько лет.

Сам Уразбаев в ближайшее время планирует заняться личными проектами: «Хочу еще бизнесы позапускать и доказать самому себе, что всё это не случайность. Я-то знаю, что случайность. Если бы не некоторые личности, которые определенные вещи кое-где ляпнули, то так бы и не произошло. Это был бы хороший бизнес, но с меньшими оборотами и гораздо меньшим хайпом».