Взлететь • 18 октября 2022

«Мы хотим стать McDonald’s в парикмахерском мире». Основатель сети барбершопов «Супермен» о том, зачем остался в России и почему верит в будущее эконом-услуг

Взлететь • 18 октября 2022

«Мы хотим стать McDonald’s в парикмахерском мире». Основатель сети барбершопов «Супермен» о том, зачем остался в России и почему верит в будущее эконом-услуг

Текст: Наталья Покровская

Фото: Архив «Супермена»


Основатель сети барбершопов эконом-сегмента «Супермен» Василий Михайлов считает, что текущий кризис может дать рынку недорогих услуг большой толчок: никто не понимает, чего ждать завтра, все экономят и, как следствие, переходят из дорого и среднего сегмента в доступный. За полгода «спецоперации» Михайлов нарастил количество точек и выручку в два раза, преодолев планку в 100 млн руб., а также решил открыть школу барберов в Узбекистане, чтобы обеспечить региональные парикмахерские мастерами на потоке. Михайлов рассказал Inc., почему он остался в России, почему не боится оттока своей аудитории за рубеж и каким видит будущее эконом-услуг.

От Батуриной к работягам

Я развиваю сеть мужских парикмахерских «Супермен» с 2016 года. В тот момент я уже был, можно сказать, состоявшимся бизнесменом: владел премиум-салоном ColBa, постоянными клиентами которого были, например, Елена Батурина и Валентин Юдашкин. Идея нового бизнеса возникла благодаря забавной ошибке: я делал таргетированную рекламу для ColBa и запустил акцию «мужская стрижка всего за 999 рублей». Но забыл настроить параметры так, чтобы предложение транслировалось только на московскую аудиторию. Люди из регионов, условные работяги, были возмущены этим «всего» и начали выражать свое недовольство в комментариях. Так я понял, что за пределами Москвы мужчины не готовы отдавать за стрижку больше 300 руб., и открыл «Супермен» — сеть с низкими ценами, но при этом достойным качеством.

Добиться этого сочетания помогла автоматизация. Вместо администраторов у нас терминалы, принимающие оплату, вместо уборщиц в течение дня — пылесосы, встроенные в стены. Мы работаем без записи, мастера — в основном спецы из СНГ — стригут быстро, по разработанным для каждой стрижки регламентам.

Я понимал, что российская экономика переживает падения чаще, чем взлеты, поэтому специально выбирал сегмент «эконом-плюс», который будет расти в любой кризис. Вся наша бизнес-модель заточена на это. Поэтому каждый кризис для нас, не исключая текущий, — это возможность.

Эффект оцепенения

Когда началась «спецоперация», у нас сильно упали продажи франшиз: если до 24 февраля мы стабильно заключали по три-четыре сделки в месяц, в следующие месяцы могли не заключить ни одной. После объявления «частичной мобилизации» 21 сентября у нас сорвалось сразу четыре сделки. Но в целом это количество выровнялось: в какие-то месяцы, когда тревога у людей спадала, мы открывали по пять, шесть и даже 10 (в августе) точек.

Количество клиентов в парикмахерских в последнюю неделю февраля немного снизилось. Но постепенно все начали привыкать к новостям, вышли из оцепенения, показатели вернулись к сезонной норме. А в сентябре мы обслужили во всех точках 120 тыс. клиентов, побив предыдущий рекорд в 100 тыс. клиентов за месяц.

Первый сильный спад посещаемости — примерно на 20% — мы ощутили в конце сентября, после объявления о мобилизации. Люди находились в сильном стрессе и просто не думали о стрижках, многие мужчины призывного возраста боялись выходить на улицу. Это длилось недолго: уже первые дни октября снова показали положительную динамику.

В целом за полгода «спецоперации» мы неплохо выросли и в выручке, и в количестве точек: 100 млн руб. (данные по всем парикмахерским) и 140 точек за первое полугодие 2022 года против 50 млн руб. и 75 точек по итогам первой половины прошлого года.

Расти вопреки

Рост продажи нашей франшизы на фоне общей стагнации я связываю с тем, что людям всё равно нужно куда-то вкладывать деньги. Привычные инструменты инвестирования не работают, с биржей происходит непонятно что, к тому же многие топ-менеджеры ушедших из России компаний вынуждены были уволиться. Так как эконом-парикмахерские — это не такой уж операционно сложный бизнес, а мы еще и 70% вопросов решаем за франчайзи, к нам пошли те, кто хотел пристроить свой капитал с заделом на будущее. Например, один из наших франчайзи сейчас — бывший топ-менеджер международного производителя CRM-систем SAP CRM.

С выручкой всё еще проще. Мужчинам надо где-то стричься при любых условиях, это одна из базовых потребностей. В период, когда большая часть населения экономит, клиенты переходят из более премиальных барбершопов к нам. Конечно, часть уходит в совсем дешевый сегмент или начинают стричься дома, но их явно меньше, чем тех, кто вместо стрижки в барбершопе в центре Москвы за 2 тыс. руб. приходит к нам и стрижется за 500 руб. с тем же качеством. Да, с другим сервисом и интерьером, но сейчас на первое место выходит качество самой услуги — и здесь мы не уступаем более дорогим конкурентам.

Проблема кадров, которая затронула многих моих коллег по индустрии, фактически не повлияла на нас. После 21 сентября много молодых мужчин покинули Россию — это факт. Но большинство наших мастеров — граждане стран СНГ, их не призывают, поэтому никто и не уезжает. Все остались и работают.

Остался работать и я. От меня в России зависит много людей: моя семья, мои сотрудники, у которых тоже есть семьи. На мне довольно большая ответственность, я не могу всё это бросить.

В будущее своего сегмента я верю, несмотря на отток мужчин из России. Большая часть наших клиентов все-таки остались здесь, пришли и новые. К тому же я верю, что существенное количество уехавших сейчас на панике людей вернутся — в страну и к нам в сеть.

Узбекский твист

Благодаря этой вере я решил расширять бизнес за пределы России и открыть школу мастеров в Узбекистане. К нам приезжают много ребят из этой страны, которые отлично работают, готовы учиться и хорошо мотивированы. Кроме того, они просят за свой труд небольшие деньги: на тех же стандартных для рынка условиях (40% от чека) берут больше смен и готовы стричь за 350 руб., что многих русских мастеров приводит в ужас. Но у них часто нет возможности получить качественное парикмахерское образование: в Узбекистане есть своя школа, но она отличается от того, что ждут от мастеров в России. А приезжать в Россию и учиться здесь — дорого и ненадежно.

Зачем это нам? Дело в том, что одна из основных проблем, особенно в регионах, — нехватка квалифицированных и работоспособных кадров. И эта школа может стать для сети поставщиком таких кадров.

Мы открываемся в партнерстве с местной узбекской школой, денег, по крайней мере на этой стадии, почти не вкладываем. Проект на низком старте: два-три месяца, и мы запустимся. Для мастеров это будет бесплатно: расходы на обучение на себя будут брать франчайзи, которые потом получат квалифицированного мастера. То есть это win-win: мастер бесплатно учится и получает стопроцентное трудоустройство в Москве, а владельцы парикмахерских избавляются от головной боли с поиском хороших лояльных парикмахеров.

Одно правило

Давать какие-то советы из этой точки странно — ситуация меняется каждый день, прогнозировать что-либо сложно. Могу сказать одно: при любом кризисе нужно двигаться вперед. Кирпичик за кирпичиком строить свой бизнес, иногда — да, перестраивая фундамент на ходу. Только так есть шанс увидеть новые возможности и использовать их.

Мы, например, и после блокировки основных площадок продолжаем экспериментировать с маркетингом. Недавно запустили совместный проект с «Яндекс. Такси», в рамках которого даем их водителям промокод на стрижку за 100 руб. в любых наших парикмахерских по всей России. И хотим эту стратегию распространить на курьеров СДЭК и Wildberries — ведем с этими компаниями переговоры.

Я меняю стратегию в зависимости от происходящего в мире. Но об основной своей цели — построить McDonald’s в парикмахерском деле — никогда не забываю.

Получается ли у меня? Скорее, да. Я вижу, что больше половины наших франчайзи открывают точки повторно — значит, мы делаем что-то по-настоящему нужное людям.