Февральский форум по робототехнике в Москве оказался на удивление честным. Здесь не пытались убедить, что «роботы спасут Россию», но и не спорили с тем, что без них она точно никуда. Пока в зале сессий гудели выступления, а на третьем этаже кластера «Ломоносов» в выставочной зоне гудели промышленные манипуляторы, по периметру экспозиции кто-то перекладывал заготовки и запчасти, кто-то демонстрировал дроны, а сервисные роботы терпеливо стояли в углу в ожидании человека, своей очереди или отдельной сессии.
Одна из основных сессий была посвящена промышленным роботам. Именно здесь звучали цифры, которые обычно не выносят в пресс-релизы, и реплики, после которых становится понятно: рынок уже существует, но живет на грани между энтузиазмом и экономикой.
Февральский форум по робототехнике в Москве оказался на удивление честным. Здесь не пытались убедить, что «роботы спасут Россию», но и не спорили с тем, что без них она точно никуда. Пока в зале сессий гудели выступления, а на третьем этаже кластера «Ломоносов» в выставочной зоне гудели промышленные манипуляторы, по периметру экспозиции кто-то перекладывал заготовки и запчасти, кто-то демонстрировал дроны, а сервисные роботы терпеливо стояли в углу в ожидании человека, своей очереди или отдельной сессии.
Одна из основных сессий была посвящена промышленным роботам. Именно здесь звучали цифры, которые обычно не выносят в пресс-релизы, и реплики, после которых становится понятно: рынок уже существует, но живет на грани между энтузиазмом и экономикой.
Роботы есть. Вопрос — зачем и кому нужны
Один из ключевых вопросов сессии звучал почти философски: какая плотность роботизации вообще нужна России, и одинаково ли это число для машиностроения, электроники и мелкосерийных производств?
Ответ Константина Толстого (московское ООО «Робопро») был неожиданно приземленным. По его словам, в российских условиях драйвером становятся не гигантские автозаводы, как в Китае или Корее, а мелкосерийное и штучное производство — то, чего в стране исторически много. И планы — 145 роботов на 10 тыс. работников к 2030 году — «реальные и достижимые».
Коллаборативные роботы, которые могут работать рядом с человеком, не требуя полной перестройки цеха, здесь выглядят логичнее классической «огражденной» автоматизации. Их можно переносить между участками, быстро ремонтировать, программировать без отдельной армии инженеров — и, что важно, внедрять точечно.
«Мы не перестраиваем процесс под робота. Мы вставляем робота в существующий процесс и забираем у человека рутину», — объяснял он со сцены.
Это принципиальный сдвиг: роботизация в России лучше работает не как мегапроект, а как серия небольших решений, которые не пугают бизнес.
Почему 70% проектов не дают эффекта
Самая жесткая статистика прозвучала от интеграторов. По их оценке, до 70% проектов роботизации не достигают заявленной экономики. Не потому что роботы плохие, а потому что их покупают «для галочки».
Робота ставят, не меняя технологию. Используют как «умную тумбочку». Не считают эффект. Не обучают персонал. А потом удивляются, почему инвестиция не окупается.
«Успех определяет не покупка робота, а синергия технологически верного решения и бизнес-логики», — резюмировал гендиректор ООО «Роботех» Денис Худяков.
Рабочая модель выглядит иначе: аудит → пересборка процесса → цифровой двойник → расчет окупаемости → внедрение. В одном из приведенных кейсов из сферы металлообработки деталей линия из 29 роботизированных ячеек с 64 токарными станками дала выпуск 20 тыс. изделий в месяц и окупилась за полтора года. В другом — автоматизация сварки дала окупаемость в 1,7 года. Это уже не футуризм, а нормальный CAPEX, то есть обычный инвестиционный проект.
Сколько стоит российский робот и догонит ли он китайского
Самый практичный вопрос форума — цена. Сейчас российский шестиосевой промышленный робот стоит около 3 млн руб. Цель производителей — опуститься до 2 млн руб. и ниже. Потенциал есть, но ключевое слово здесь — серийность.
При объемах от 100 роботов в год экономика начинает сходиться. При тысячах — становится конкурентной. Производственные мощности под это уже готовят: запускают литейные цеха, берут займы ФРП, локализуют комплектующие.
Управляющий директор «Валдай Роботы» Егор Бакулин, опираясь на свой опыт, отметил, что если серия будет до 100 роботов, производство выходит в ноль, если не в убыток.
То есть проблема сегодня не в том, «можем ли мы производить», а в том, есть ли стабильный спрос. И это важный разворот для предпринимателей: рынок ждет не технологий, а заказчиков с понятной экономикой.
Где роботы действительно нужны, а где пока нет
Интонация форума была далека от технооптимизма ради оптимизма. Да, без роботов невозможно масштабировать промышленность, решать кадровый голод и думать про космос (об этом тоже говорили вскользь, но серьезно). Столь же честно звучало и другое: роботы везде не нужны.
Они оправданы там, где:
- есть повторяемые операции;
- высокая нагрузка или опасность для человека;
- понятный экономический эффект;
- дефицит персонала.
И почти бесполезны там, где бизнес не готов менять процессы или считать окупаемость.
Роскосмос и человек у стенда
Показательная сцена форума произошла не на сцене, а у стенда. Представитель производителя роботов объяснял возможности манипулятора, когда к нему подошел представитель Роскосмоса и предложил обсудить сотрудничество. Без камер, без пафоса, почти буднично.
Это был хороший маркер происходящего: робототехника перестала быть выставочной экзотикой и стала предметом рабочих разговоров.
Даже роботы выгорают
Первый день форума прошел настолько интенсивно, что утомил даже технику. «Сборщик яблок» от Electromotive то и дело делал перерыв. Даже робот Грин от Сбера, которого тут же окружили люди с камерами и каверзными вопросами, немного пообщался, но быстро честно признался, что не курит, и ушел раньше, потому что выдохся. Так и сказал «Проголодался, мне нужна зарядка». И ушел. Никаких к нему претензий.
А впереди еще один насыщенный день работы.
Зачем на самом деле нужны роботы России?
Россия в целом делает ставку на промышленную роботизацию: по плану национального проекта «Средства производства и автоматизации» к 2030 году страна должна войти в топ‑25 мировых лидеров по плотности роботов на производстве. Сейчас их около 21 тыс., но уже через несколько лет счет должен пойти на десятки тысяч новых машин. Цель амбициозная — повысить уровень автоматизации и сделать экономику более независимой от импорта технологий.
И власти вроде бы готовы подставить плечо: для разработчиков и бизнеса запущен целый набор поддержек — от промышленного кешбэка с возвратом 20% затрат до льготных кредитов под 5%. Российские производители могут давать скидки до 50% на свои работы, зная, что разницу компенсирует государство. Молодым инженерам — гранты Фонда инноваций, крупным компаниям — субсидии на НИОКР и займы ФРП под 3–5%. А чтобы предприятиям было проще стартовать, по стране создают сеть центров робототехники — к 2030 году их планируют открыть около тридцати.
Впрочем, на земле это выглядит куда прозаичнее, чем в федеральных стратегиях. В Липецкой области, например, как рассказала Евгения Локтионова, региональный министр промышленности и науки, решили не строить свой «центр роботизации», а сделать ставку на то, что уже работает: большую промышленную особую зону, проверенную инвесторами, инфраструктуру и понятные правила игры. Регион берет на себя роль связующего звена — сводит российских производителей с иностранными партнерами, например, китайскими компаниями, которым нужен надежный локальный со‑производитель, а не просто площадка для складов.
При этом Минпромторг довольно жестко очерчивает рамки: поддержка положена только тем проектам, в рамках которых в России появляется реальное производство, а не вывешивается табличка «сделано в РФ» на завезенные из коробки комплекты.
Стендов на выставке было не сотни, но каждый — с конкретными разработками и по делу. Так что роботы в России нужны, но не как символ будущего, а как инструмент выживания и роста конкретных бизнесов.
То есть машины здесь должны быть не про «замену человека», а про экономику, скорость и устойчивость.
Именно поэтому главный вопрос сегодня для предпринимателя — не «покупать ли робота», а какую задачу он должен решать и за сколько месяцев окупиться. Все остальное — вторично.
А пока шли эти дискуссии, привычными и незаметными в углу залов стояли сервисные роботы, пылесосы и доставщики, которых было по пальцам перечесть буквально 10 лет назад. Возможно, они ждали своей сессии, а скорее — своего времени.
