Семейный подряд: как взаимозависимость становится налоговыми рисками

Согласно ст. 105.1 Налогового кодекса РФ, физические и юридические лица могут быть признаны взаимозависимыми, если они способны влиять на условия или результаты совершаемых между ними сделок.

Кодекс приводит несколько типичных признаков взаимозависимости:

— участие в капитале компании более чем на 25%;

— общий руководитель у нескольких организаций;

— прямое подчинение руководителей разных компаний.

Этот список не закрытый: взаимозависимость может установить и суд, если будет доказано влияние сторон на условия сделок.

Признание взаимозависимости часто влечет доначисление налогов, пеней и штрафов. Однако суды далеко не всегда встают на сторону налоговиков. При грамотном документальном и фактическом оформлении деятельности суд готов поддержать налогоплательщика и отменить доначисление полностью или частично.

Приведу примеры, как инспекции и суды реагируют на выявленные признаки взаимозависимости.

Организация «А» предоставляет беспроцентный заем Организации «Б».

Руководителем обеих Организаций является одно лицо — условный Иванов Алексей Петрович. «Б» так и не вернула беспроцентный заем «А», и через три года Организация «А» списывает его как долг, невозможный к взысканию.

Налоговая инспекция при выездной проверке «А» со списанием не согласилась. Основания: деньги выдали не на рыночных условиях, доказательств истребования займа нет, хотя у Организации «Б» были и имущество, и деньги, чтобы оплатить хотя бы часть долга.

Параллельно правоохранительные органы изучали возможность возбудить уголовное дело, так как заемными деньгами «Б» оплатила услуги нескольких ИП на упрощенной системе налогообложения по льготной ставке. Впрочем, доказать наличие состава преступления не удалось.

Речь шла о займе в 110 млн руб. Доначислено налога 22 млн руб., пени 3 млн руб., а также штраф 1 млн руб.

Если бы Организации «А» и «Б» не были взаимозависимыми, то, во-первых, «Б» не получила бы заем. Во-вторых, даже если бы и получила, его заставили бы вернуть, в том числе через суд и приставов.  Налоговая сочла, что зависимость очевидна, ведь обеими фирмами управлял один и тот же Иванов. Следовательно, нельзя зачесть в расходы Организации «А» сумму выданного займа и тем уменьшить налог на прибыль к уплате.

У подрядчика есть договоры с субподрядчиками, у одного из них упрощенная система налогообложения и льготы. Заключая соглашение с этим льготником, подрядчик завышает цены и отдает ему большую часть контрактов, хотя у того нет ни подходящей техники, ни действующего адреса, ни даже сотрудников для выполнения работ.

Инспекторы ФНС выяснили, что руководители субподрядчика и подрядчика — родные брат и сестра, просто с разными фамилиями и адресами. Подобные схемы ФНС часто рассматривает как искусственное дробление бизнеса или вывод прибыли на льготный налоговый режим.

В результате выяснилось, что всю работу делал сам подрядчик, а с субподрядчиком-льготником у него был фиктивный документооборот для вывода денег и занижения налогооблагаемой базы. Нарушителям доначислили налоги, пени, штрафы.

Дополнительно возбуждено уголовное дело по ст. 187 Уголовного кодекса РФ (неправомерный оборот средств платежа) — в худшем случае до шести лет лишения свободы. Обвиняемым по уголовному делу, помимо руководителя, стал бухгалтер, который работал в обеих организациях. Привлечение его к ответственности позволило говорить о преступном сообществе (участвовало несколько лиц,  систематически, по предварительному сговору), а это сразу ужесточило наказание.

Получатель лизинга приобрел автомобиль Lexus RX по выкупной цене 100 тыс. руб. и продал другому человеку за 50 тыс. руб. Налоговики установили, что на рынке такая иномарка обойдется более чем в 2 млн руб. Кроме того, покупатель машины оказался родственником одного из учредителей с долей более 25% в уставном капитале общества-лизингополучателя.

ФНС посчитала, что продажа родственнику по заниженной цене была способом вывести актив из компании, и тут же доначислила налоги на добавленную стоимость и на прибыль. Но в этом случае хотя бы обошлось без уголовных рисков.