Разобраться

Пилоты, солдаты, цензоры: каким профессиям по-настоящему угрожает искусственный интеллект

Пилоты, солдаты, цензоры: каким профессиям по-настоящему угрожает искусственный интеллект

Разговоры о том, что роботы и нейросети в ближайшие годы отберут рабочие места у большой части населения Земли, звучат уже много лет. Что из этого паранойя, а к чему действительно стоит готовиться? Почему беспилотники до сих пор не вытеснили привычные автомобили с дорог, а живых людей на полях сражений не заменили машины, не испытывающие боли? И какая профессия может исчезнуть, не просуществовав и полувека? На эти вопросы в своей книге «Искусственный интеллект и экономика» отвечает британский экономист, основатель консалтинговой компании в сфере макроэкономики Capital Economics Роджер Бутл. Книга выйдет в августе в издательстве «Альпина Паблишер», Inc. публикует отрывок из нее.

Оракулы

Как бы разочаровывающе это ни прозвучало, скажу честно — я просто не знаю, какие рабочие места появятся в будущем.

Представьте себе, что вы смотрите в сегодняшний день из 1900 года. Разве могли бы вы тогда представить, что доля работников сельского хозяйства в США упадет в 20 раз? Или все эти бесчисленные толпы людей, работающих с лошадьми: покупка, продажа, содержание, кормление, чистка, — сделаются совершенно лишними? Или огромная масса людей будет расходовать весьма приличные суммы денег на личных тренеров только ради того, чтобы те помогли им намучиться вдоволь?

История полна разнообразных авторитетов, делавших долгосрочные прогнозы, которые оказывались абсолютно неверными. Одним из моих фаворитов является великий Уильям Стэнли Джевонс, один из самых выдающихся экономистов конца XIX века. В 1865 году он предсказал, что промышленный рост скоро остановится из-за нехватки запасов угля. Бедный старина Джевонс!

Ошибки прогнозирования у большинства экспертов имеют две общие черты. Во-первых, они недооценивают способность людей и экономической системы к адаптации. Во-вторых, если не считать того «большого изменения», последствия которого они пытаются предугадать, они во всем остальном понимают будущее как прямое продолжение прошлого. Другими словами, им попросту не хватает воображения.

Эти недостатки присущи не только пророкам давних времен. Такие же всезнающие личности могут появиться в любой момент настоящего, и мы должны с большой осторожностью относиться к их заявлениям. Произнеся это кредо, преисполнившись смирением и напившись из колодца скептицизма, мы теперь можем сказать кое-что и о занятости в будущем, где доминируют роботы и искусственный интеллект.

Водители

Одна из наиболее широко обсуждаемых профессий, которой, судя по всему, всерьез угрожают роботы и искусственный интеллект, — это водители.  Количество и разнообразие рабочих мест, которым грозит опасность из-за появления беспилотных транспортных средств, потенциально огромно: водители автобусов, грузовиков, такси, доставки и многие другие. В отчете грузовой отрасли за 2017 год прогнозировалось, что к 2030 году из 6,4 млн рабочих мест в области грузоперевозок в Америке и Европе около 4,4 млн могут исчезнуть, поскольку за рулем будут роботы. Водитель, занимающийся доставкой грузов, — чуть ли не самая распространенная профессия в девяти штатах США.

Обратите внимание, что возможные последствия автоматизации вождения пока еще совсем не ощущаются. Однако при оценке их следует иметь в виду, например, такой факт, что в 2018 году в Америке спрос на рабочие места в сфере грузоперевозок чрезвычайно возрос из-за укрепления экономики и возникшего бума интернет-покупок, что привело к резкому увеличению объемов перевозок на дальние расстояния. Соответственно, повысились и ставки оплаты труда водителей грузовиков.

Последствием широкого внедрения беспилотных транспортных средств будет значительное снижение затрат в экономике, особенно в таких географически протяженных странах, как США. По словам Алека Росса, на оплату труда водителей приходится 25–35% общих затрат во всем бюджете грузоперевозок.

Но все не так просто, как кажется.

В мире современных беспилотных транспортных средств существует огромная пропасть между газетной шумихой и реальностью.

Беспилотные автомобили — уже давно не фантастика; они существуют и работают в реальной жизни, правда, внутри строго ограниченных зон, например в некоторых районах города Феникс, штат Аризона. Другой штат — Калифорния — недавно утвердил новые правила, позволяющие беспилотным автомобилям ездить без человека-водителя, сидящего за рулем. Министр финансов Великобритании Филип Хэммонд заявил в интервью BBC, что одним из его планов является введение в эксплуатацию полностью беспилотных автомобилей к 2021 году.

Около 50 автомобилестроительных и ИТ-компаний, включая Alphabet, Apple, Ford, GM, Toyota и Uber, уже тестируют в Калифорнии автономные транспортные средства, а по всему миру сегодня реализуются более сотни испытательных проектов, связанных с развитием беспилотного транспорта. По словам компаний, которые разрабатывают модели, характеристики самоуправляемых автомобилей весьма впечатляют и постоянно улучшаются. Все упомянутые компании вложили в беспилотные автомобили огромные средства и твердо верят, что за ними будущее.

Но, конечно, это не обязательно означает, что они правы или что они получат хорошую отдачу от своих денег. Я надеюсь предоставить вам достаточно пищи к размышлению, чтобы вы могли составить собственное мнение по этому вопросу.

Вы легко можете понять причины энтузиазма по поводу новых транспортных технологий. Отчасти дело здесь в экономии средств, о чем уже говорилось выше. Но преимущества автоматизации выходят далеко за рамки этого. Не секрет, что водители-люди ответственны за смерть 1,2 млн человек в год в результате дорожно-транспортных происшествий и за травмы, наносимые еще десяткам миллионов человек (от 20 до 50 млн по разным оценкам). По расчетам некоторых экспертов, потери от дорожных аварий для стран со средним уровнем дохода составляют около 2% их годового ВВП. И подавляющее большинство этих несчастных случаев, как правило, связаны с «человеческим фактором» —вождением в нетрезвом или болезненном состоянии, усталостью и рассеянностью.

Огромные преимущества от беспилотных автомобилей смогут получить пожилые и немощные граждане, физически не способные водить машину, не говоря уже о тех, кто по тем или иным причинам никогда этого и не умел.  Автоматизация позволит им иметь такой же уровень мобильности, как и у остального населения, без недостатков общественного транспорта и расходов на такси. Родители будут освобождены от их извечной рутинной работы — забирать детей с вечеринок, уроков балета, футбольных матчей, и т. д.  Да и простой поход в паб или на вечеринку больше не потребует мучительного выбора: вести машину и не пить или пить и раскошелиться на такси.

Помимо всего прочего, это приведет и к экономии времени, которое мы тратим на дорогу к месту работы, на встречи с друзьями и семьей, покупки, поездки в отпуск или выполнение каких-либо поручений. Нет, разумеется, ничего плохого в том, что кому-то из нас действительно нравится вождение, но большинству оно не так уж по душе — особенно в загруженном городе или в пробках на автомагистралях. Подумайте, насколько лучше было бы, если бы за рулем был кто-то или что-то еще. Мы могли бы смотреть фильмы, изучать язык, работать, пить сколько душе угодно или спать. Какое блаженство! Хотя эффекты от этого, возможно, не найдут яркого отражения в показателях национального ВВП, главным результатом таких нововведений, несомненно, будет рост благополучия людей.

Парковщики, страховщики, юристы

Если индустрия беспилотных автомобилей действительно испытает резкий подъем, это может иметь и другие серьезные последствия, помимо ненужности водителей-людей. Ультраэнтузиасты говорят даже о трансформации городского планирования, поскольку люди в массовом порядке откажутся от личных автомобилей и перейдут на беспилотные электромобили, которые станут предметом общего пользования. Вполне возможно, что количество машин резко упадет, поскольку все предпочтут ездить на беспилотных автомобилях, которые можно будет просто взять напрокат в любой момент и где угодно.

Совместное исследование Всемирного экономического форума и консалтинговой корпорации Boston Consulting Group выявило большие возможности, существующие в области совместного использования беспилотных автомобилей сразу группами людей, что грозит подорвать рынок общественного транспорта. Илон Маск вообще заявил, что

«владение транспортным средством, которым нужно будет управлять самому, станет похоже на владение лошадьми в современности — это давно уже необязательно и встречается лишь изредка».

Как следствие, в мире будет оставаться все меньше автомобилей, которые было бы необходимо производить, а также продавать, ремонтировать, страховать, и т. д. Снизится спрос на места для парковки автомобилей, которые большую часть времени простаивают. Пока ими не пользуются, беспилотные автомобили можно припарковать встык друг к другу и размещать в несколько этажей. Потенциально эти перемены в транспортной системе позволят преобразовать городские ландшафты, освободив много земли для других целей. В 2016 году Крис Урмсон из Google сообщил комитету Конгресса США , что в США парковочные места занимают в сумме территорию, равную по площади штату Коннектикут, поэтому беспилотные автомобили, в случае успешной реализации идеи, позволят освободить это огромное пространство, чтобы использовать его для других целей.

При сокращении числа парковочных мест, возможно, исчезнет и профессия парковочного инспектора, поскольку объем работ по контролю правильности парковки значительно уменьшится. К тому же, если парковку транспортных средств нужно будет регулировать, хороший робот вполне сможет выполнять работу контролера и выписывать штрафы за парковку беспилотных автомобилей. Но я почти уверен, что вы будете опечалены уходом вашего местного дружелюбного инспектора дорожного движения, даже если его все-таки заменит робот.

Интересно, что если такое замещение действительно произойдет, то это будет пример должности, появившейся и исчезнувшей в довольно короткие сроки, — ведь всего полвека назад профессии парковочного инспектора не существовало. 

Развитие беспилотного транспорта, несомненно, повлияет и на положение дел в страховой отрасли. В США на страхование транспортных средств приходятся около 30% всех страховых взносов. Возникает вопрос: кто будет нести ответственность за попавший в аварию беспилотный автомобиль? Несомненно, это обеспечит весьма обширную сферу деятельности для множества страховых компаний, а также, разумеется, для целой армии юристов. С другой стороны, резкое сокращение количества автомобилей, подлежащих страхованию, нанесет тяжелый удар по доходам соответствующих компаний.

Пилоты

По словам ярых сторонников искусственного интеллекта, еще одна работа, которая явно предназначена для того, чтобы уйти в прошлое, — это пилоты авиалиний. Но и раньше различные эксперты предлагали избавить авиацию от людей — эта история длится около 100 лет.

Как известно, самолетами давно управляют в основном компьютеры, а пилоты участвуют в управлении лишь на некоторых этапах полета. Является ли такая комбинация людей и компьютеров более совершенной, чем управление одним лишь человеком? Вполне возможно — ведь значительная часть авиакатастроф связана именно с человеческим фактором.

Комбинация «человек — компьютер», вероятно, предпочтительнее, чем пилотирование самолета только компьютером — отчасти из-за периодического возникновения экстремальных ситуаций, в которых люди-пилоты смогут разобраться лучше, а также для подстраховки на случай неисправности компьютерных систем. Кроме того, существует проблема общественного восприятия.

Пожалуй, у беспилотных авиалайнеров здесь нет реальной перспективы. Я не могу представить, чтобы более 200 человек охотно сели в металлическую или стекловолоконную трубу, которая перемещается по воздуху на большой высоте и с огромной скоростью и управляется только компьютером, даже если это и называется «роботом» или «искусственным интеллектом».

Чтобы согласиться на такое, пассажиры сами должны быть роботами (возможно, когда-нибудь так и будет). Что бы ни говорила статистика авиационных происшествий, пассажиры-люди всегда будут беспокоиться о непредвиденных ситуациях, с которыми пилот-человек, возможно, справится, а машина — нет. Поклонники актера Тома Хэнкса наверняка вспомнят фильм « Чудо на Гудзоне» (Sully, реж. К. Иствуд, 2016) и с пониманием кивнут в знак согласия.

Возникает серьезный вопрос: как далеко распространится эта тенденция на другие беспилотные транспортные средства? Заменим пилота авиалайнера на водителя автобуса. Будут ли люди готовы в массовом порядке к длительным поездкам в автобусе, полностью находящемся в руках искусственного интеллекта? Или отпускать путешествовать на таком транспорте своих детей? Сомневаюсь. Возможно, грузовые автомобили окажутся чуть ли не единственным транспортом, который избежит этой проблемы. Но я не уверен и в этом. Разрушительная сила обычного грузовика, вышедшего из-под контроля (не говоря уже о тяжелом трейлере), поистине ужасна.

Аналогичные опасения применимы и к идее компании Amazon о доставке товаров коммерческими дронами (квадрокоптерами). Конечно, технически это возможно, но дело совсем в ином, а именно — в высокой вероятности аварий с участием этих летательных аппаратов. А теперь представьте, что при этом они несут пятифунтовый груз на высоте в сотни футов.

Военные

С проблемой беспилотных транспортных средств тесно связано возможное использование роботов и искусственного интеллекта в военных целях. Главный вопрос остается тем же: будет ли равноценной замена людей — в данном случае солдат, моряков и летчиков — машинами?

Применение робототехники в военных действиях имеет долгую историю. Роботы использовались и во время Второй мировой войны, и позднее, в период холодной войны. В годы Второй мировой и Германия, и Советский Союз использовали автоматизированные автомобили для перевозки больших объемов взрывчатых веществ. По сути, это были мобильные роботы, управляемые человеком дистанционно. Однако, учитывая высокую стоимость и низкую скорость передвижения, военная ценность этих роботов была ограниченна.

С тех пор многое изменилось. В настоящее время большинство военных роботов управляются на больших дистанциях и широко используются для выявления дислокации противника, наблюдения, обнаружения снайперов и нейтрализации взрывных устройств. Беспилотные летательные аппараты (дроны) сегодня являются наиболее распространенной категорией военной робототехники. Хотя они нередко применяются для целей наблюдения, их также вооружают ракетами. Корпус беспилотных летательных аппаратов в США вырос примерно с 50 единиц в 2001 году до более 7,5 тыс. единиц к 2012 году, около 5% которых несут вооружение. В 2007 году Конгресс США объявил о «предпочтении беспилотных средств в программах приобретения новых систем вооружения».

Поскольку роботам чужды эмоции, адреналин и стресс, некоторые аналитики считают, что замена людей роботами может привести к меньшему количеству военных зверств и преступлений.

Можно утверждать, что из-за большей точности и отсутствия обычных человеческих слабостей автономные системы искусственного интеллекта при ведении войны «не только уменьшат количество [гражданских] людей, подвергающихся опасности, но также могут значительно повысить надежность зашиты военных, которым по долгу службы постоянно приходится иметь дело с опасностью».

Итак, означает ли наличие явных преимуществ у военных роботов снижение спроса на армейский персонал? Х. Р. Барт Эверетт, пионер развития робототехники на военно-морском флоте, не видит необходимости замены людей роботами, а скорее, представляет себе «команду из человека и робота, работающих в связке подобно тому, как это делают полицейская собака и ее хозяин».

Судя по всему, как и в прочих случаях, способность роботов и искусственного интеллекта сэкономить человеческий ресурс в военной отрасли сильно преувеличена. По данным ВВС США, для обслуживания одного беспилотного самолета системы «Хищник» (Predator) в воздухе на каждые 24 часа полетов требуется 168 специалистов. Более крупный аппарат потребует 300 человек.

Таким образом, результатом широкого внедрения роботов и искусственного интеллекта в армейском вооружении вполне может стать сокращение числа военнослужащих на передовой (то есть обученных и подготовленных к встрече лицом к лицу с противником) и, наоборот, увеличение числа обслуживающего персонала, что полностью соответствует опыту экономической истории в целом.

Сантехники, продавцы, официанты

Широко распространено мнение, что роботы и искусственный интеллект будут повсеместно применяться в той сфере, где сейчас распространен ручной труд. Однако считать, что вся ручная работа подлежит автоматизации, не совсем верно. Как отмечалось выше, роботам по-прежнему не хватает того, что можно назвать ловкостью. Как отмечает ученый-когнитивист Стивен Пинкер: «Главный урок 35-летних исследований искусственного интеллекта состоит в том, что сложные проблемы для него легки, а легкие — трудны». Поэтому ручной труд — при условии, что он по-настоящему квалифицированный (сантехники, электрики, садовники, строители, декораторы и многие другие профессии), — останется в полном распоряжении людей.

Тем не менее в исследовании, проведенном Mace, говорится, что к 2040 году из 2,2 млн рабочих мест в строительной отрасли примерно 600 тыс. можно будет автоматизировать. Согласно последним данным, к тому времени работу могут потерять все те, кто раскапывает сети коммуникаций, чтобы выявлять и устранять неисправности в водопроводных, газовых и канализационных трубах. Британское правительство инвестировало более 25 млн фунтов стерлингов на разработку специальных мини-роботов, способных путешествовать по трубам, отыскивать повреждения и чинить их — вообще без необходимости рыть землю. Такая процедура очень похожа на лапароскопию, только не внутри тела, а под землей. Как и в случае с этой разновидностью хирургии, функционирование роботов внутри канализации будет управляться и контролироваться людьми, которые своими руками, по сути, не станут прикасаться ни к чему.

На нижнем конце шкалы сложности рабочих мест находится розничная торговля, где, как считается, рабочие места для людей будут сокращены в наиболее значительной степени. Недавно в Сиэтле открылся новый магазин Amazon Go, в котором вообще нет обслуживающего персонала и очередей при оформлении заказа. Блоки оборудования, состоящие из видеокамер и другой аппаратуры, использующей искусственный интеллект, отслеживают, что именно покупатели берут с полок, когда бродят по магазину, и оплата автоматически списывается со счета покупателя при его уходе. Согласно отчету компании Cornerstone Capital 2017 года, эти технологии потенциально способны сократить около 7,5 млн рабочих мест в розничной торговле в США, включая 3,5 млн кассиров.

Впрочем, следует отметить, что пока свидетельства коммерческого успеха, получаемые из торговых точек с минимальным количеством персонала, не совсем убедительны. Первый британский магазинный робот, известный под именем Фабио (Fabio), был уволен уже через неделю после того, как он не смог дать внятного ответа на вопрос покупателей во флагманском магазине шотландской сети супермаркетов Margiotta в Эдинбурге, где этот робот проходил испытания. Когда клиенты попросили его объяснить, где они могут купить пиво, Фабио ответил: «Оно в отделе алкоголя». Конечно, этот ответ формально являлся верным, однако толку от него было мало.

Розничная торговля — интересный пример деятельности, где не только теряются традиционные рабочие места, но и меняется сам спектр занятости. Потеря скучной работы по оформлению итогового заказа в супермаркете, конечно же, не вызовет особого сожаления — разумеется, при условии, что те, кто выполнял ее раньше, найдут достойную работу в другом месте. Между тем в магазинах существуют возможности для другого рода работы. Например, продавцы и сейчас нередко рассказывают покупателям о товарах, направляют, советуют, что покупать, объясняют, что с чем сочетается, и т. п. Такой вид работы в розничной торговле включает в себя немало специфически человеческих навыков и требует знаний и опыта, доступного только людям. На этом фоне скучные повторяющиеся манипуляции можно переложить на роботов без особых потерь для персонала.

Взглянем теперь на предыдущее звено в цепочке торговых поставок. Британский интернет-супермаркет Ocado переосмысливает себя в роли поставщика складских услуг для розничных торговцев по всему миру. Недавно он заключил контракт с канадской бакалейной компанией Sobeys, которая собирается открыть интернет- магазин, где заказы будут собираться на автоматическом складе в районе Торонто. Там будет не так уж много рабочих мест для людей: в основе операционной модели Ocado находятся роботы с автономным питанием от батарей.

Заметим, правда, что роботы не очень хорошо приспособлены к такой работе, как манипуляции с предметами, находящимися на полках и стеллажах. В результате склады теперь используют устройства, называемые Jennifer Unit , — это гарнитура, по которой людям передают, что им нужно сделать для помощи машинам. Экономист Тим Харфорд рассматривает это нововведение как возможное предвестие более серьезных событий в будущем. Он говорит:

«Если роботы сильнее людей в мышлении, а люди сильнее роботов в сборе вещей с полок, почему бы не управлять человеческим телом с помощью мозга робота?»

Я сомневаюсь, что в ресторанах роботы когда-либо возьмут на себя роль официантов, хотя они вполне могут управляться с мытьем посуды. Общение с живым официантом — часть имиджа ресторана. Взаимодействие в такой ситуации с роботом-гарсоном следовало бы предложить в первую очередь фанатам искусственного интеллекта.

Помощники в быту

Другой пример ручного труда, который, на первый взгляд, может быть полностью автоматизирован, — это ведение домашнего хозяйства и оказание разного рода бытовых услуг. Тем не менее реальность выглядит совершенно иначе.

Автономный пылесос Roomba компании iRobot может собирать пыль с пола (и еще слегка вытирать его), но это все. Хотя этих пылесосов было продано более 10 млн штук, ни один из них не научился поправлять предметы на журнальном столике, складывать полотенца или взбивать подушки. Они не могут выполнить ни одну из этих, казалось бы, простых задач.

Это особенно важно, потому что увеличение общего благосостояния благодаря развитию все того же искусственного интеллекта потенциально вызовет огромный спрос на домашних работников всех видов. Однако, по имеющимся данным, это будут не роботы, а люди.

Этот неожиданный прогноз невольно вызывает в памяти реалии давно ушедших времен. В XIX столетии, как и в начале XX, — в годы, предшествовавшие Первой мировой войне, — для представителей среднего класса, включая чиновников и сотрудников администрации, было обычным делом иметь в доме хотя бы одного слугу. В зависимости от своих доходов (и статуса) люди нанимали самый разнообразный штат прислуги — горничных, дворецких, поваров, садовников, уборщиков, лакеев и бог знает кого еще. Среди наиболее состоятельных домовладельцев существовала даже определенная конкуренция в отношении количества слуг и великолепия одежды у наиболее заметных из числа последних.

Интересно поразмышлять об экономических причинах снижения количества домашней прислуги. Можно выделить несколько факторов, и в первую очередь — уменьшение доходов среднего и высшего классов в связи с реформами налогообложения плюс изменение социальных установок. Кроме того, появление в домах в 50–70-е годы прошлого века множества трудосберегающих устройств, таких как пылесосы, стиральные и посудомоечные машины, сократило время, необходимое для ведения домашнего хозяйства.

Но самой главной причиной, несомненно, было огромное повышение производительности труда на фабриках, ставшее возможным благодаря механизации. Это увеличило реальную заработную плату работников, что вынудило хозяев увеличивать оплату труда прислуги, дабы сохранить свою конкурентоспособность в качестве потребителей на рынке труда. Однако если сейчас будет утрачено значительное число рабочих мест в производственном и офисном секторах из-за широкого внедрения роботов и искусственного интеллекта, то фундаментальная сила, действовавшая против найма домашнего персонала, может обратиться вспять.

Работа по дому может стать основным источником значительного числа рабочих мест будущего, даже если навсегда исчезнут особняки прошлого с их разделением на кухню, людскую и хозяйские этажи. Конечно, многие уже сейчас нанимают прислугу, особенно уборщиц и беби-ситтеров, хотя те и работают неполный рабочий день и обычно проживают вне дома. Однако этот процесс может двинуться вперед куда более быстрыми темпами. Так, преуспевающие представители среднего класса, которым в современном мире явно не хватает времени (а денег — хватает), могли бы нанять хотя бы одного слугу (особенно в сочетании с бытовой техникой) для выполнения основных домашних дел: езды за покупками, сопровождения несовершеннолетних или недееспособных членов семьи и ухода за ними и многого другого. А те, кто занимают верхние строчки в доходах, могут легко побороться за статус по количеству и великолепию своей домашней свиты, как это уже бывало в старые времена.

Аналитики, юристы, переводчики

Если реально посмотреть на вещи, станет очевидно, что многие рабочие места, которым больше всего угрожают роботы и искусственный интеллект, вовсе не относятся к категории сугубо ручного труда.

Куда большее беспокойство должен вызывать тот факт, что уже готовы к испытанию роботы-помощники по регистрации пассажиров в аэропортах. Приложениям искусственного интеллекта можно передать многие функции в сфере биржевой деятельности. В 2017 году BlackRock — гигантская компания по управлению фондами — уволила семь менеджеров высшего звена и перевела миллиарды долларов, которые они тратили на администрирование, во внутреннее компьютерное подразделение количественных инвестиций, названное Systematic Active Equities.

А еще через год выяснилось, что немецкий банк Commerzbank тоже экспериментирует с технологиями искусственного интеллекта, которые смогут, вероятно, выполнять аналитические исследования по компаниям и секторам, позволяя банку обходиться без множества сотрудников-аналитиков: традиционно они входят в число самых высокооплачиваемых банковских специалистов. 

Искусственный интеллект может выполнять также работу оценщиков имущества, делая ее быстрее, дешевле и точнее. Это немаловажная статья расходов: только в США бизнес по оценке имущества имеет годовой оборот более $12 млрд и занято в нем около 80 тыс. оценщиков.

Точно так же интеллектуальные системы смогут выполнять и часть обычной юридической работы. Отметим, это не означает, что юристов теперь станет меньше (а жаль). Похоже, что использование приложений искусственного интеллекта для выполнения рутинной юридической работы настолько снизило затраты, что теперь в этой сфере возможно появление целого класса проектов, которые раньше были нерентабельными. И оказывается, в них очень требуются младшие юристы, чтобы настраивать работу систем на первых этапах и научить (или заставить) компьютерные приложения работать правильно.

Другой пример умственного труда, который можно сравнительно легко автоматизировать, — это письменный и устный перевод. Вначале услуги цифрового перевода выглядели шуткой. Но скорость его усовершенствования оказалась огромной, хотя и сейчас он еще работает далеко не на том уровне, который многие люди считают приемлемым. Не исключено, однако, что скоро одним щелчком мыши можно будет переводить что угодно на любой язык быстро и качественно. Если такая производительность будет достигнута, она выйдет за рамки индивидуальных возможностей людей-переводчиков.

Впрочем, даже если рутинная работа по переводу будет качественно выполняться машинами, все равно найдутся люди, которые сделают карьеру, оставаясь экспертами по языкам.

Но они должны будут работать на очень высоком уровне и большая часть их деятельности будет связана с исправлением стиля письменного и устного перевода, первоначально выполненного системами искусственного интеллекта. Понятно, что таких экспертов будет гораздо меньше, чем в настоящее время существует переводчиков.

Вот еще одно из направлений деятельности, которое, казалось бы, должно оставаться прерогативой людей, — собеседование при приеме на работу. На самом же деле в ведущих фирмах, особенно в сфере финансов, большая часть этой деятельности теперь выполняется с помощью того или иного типа искусственного интеллекта. Более того, на протяжении нескольких десятилетий кандидатам на работу в крупных фирмах приходилось проходить автоматизированные онлайн-тесты, причем первоначальный отбор производился без вмешательства человека. Однако теперь и непосредственно интервью все чаще проводят с помощью компьютеров. Как и следовало ожидать, кандидаты на вакансии, в свою очередь, практикуются с помощью искусственного интеллекта, чтобы подготовиться к прохождению собеседований, проводимых другими ИИ-системами. Это направление постепенно обретает коммерческие формы: например, финтех-стартап Finito предлагает услуги по обучению кандидатов с помощью собственного приложения искусственного интеллекта.

В Китае искусственный интеллект помогает отфильтровывать нежелательную информацию из интернета, тем самым снижая быстро растущее бремя, падающее на специалистов по анализу контента. Машины, например, уже очень хорошо распознают сексуальные мотивы, благодаря чему цензоры-люди могут концентрироваться на более важных вещах — постах, порочащих коммунистическую партию или лично председателя КНР Си Цзиньпина.