Журнал

«Healthy Food — это не Дима Пронин». Он потерял клиентов, партнёров и 10 млн руб. Что было дальше?

«Healthy Food — это не Дима Пронин». Он потерял клиентов, партнеров и 10 млн рублей. Что было дальше?

Рубрики

О журнале

Соцсети

Напишите нам

Разобраться Inc.Promo

Президент ОТП Банка Илья Чижевский

«Я задам своему ребенку тот же вопрос, который мы задаем своим клиентам»

Регина Белова

автор Inc.

ОТП Банку, который входит в число 50 крупнейших банков России, а по ряду направлений — в число лидеров рынка, в этом году исполнилось 25 лет. Inc. пообщался с президентом ОТП Банка Ильей Чижевским и узнал, как банку удается добиться высоких показателей рентабельности, на каких направлениях он специализируется, а также как проводит досуг и чему учит своих детей президент одной из крупнейших кредитных организаций.


— ОТП Банку 25 лет, вашему венгерскому акционеру — 70. Назовите несколько самых важных моментов в истории банка. Что больше всего запомнилось именно вам?

— Для нас точкой отсчета новой жизни стал 2006 год, когда Группа ОТП приобрела Инвестсбербанк. Здесь я сделаю небольшой переход к истории Группы, потому что 2008 год не прошел мимо нас. Была сложная ситуация в Венгрии, связанная, в первую очередь, с валютным ипотечным кредитованием. Надо сказать, Группа очень достойно и в короткие сроки с ней справилась. Это позволило продолжить развитие бизнеса как в Венгрии, так и за ее пределами, в дочерних банках. Для нас это означало выделение инвестиций для продуктового развития и наращивание дистрибуции, которое проходило в 2012-2013 гг. Но, к сожалению, потом начался финансовый кризис. Самое тяжелое время пришлось на 2014 год и первую половину 2015 года. Как для всех банков нашей страны, это было время, когда мы принимали непростые решения. Они касались издержек, пересмотра наших бизнес-подходов, к моему сожалению, касались и персонала. Но я очень рад, что это время позади, с 2016 года очень активно развиваем наш бизнес. Приятно отметить, что за 25-летнюю историю банка в России последние 2 года были лучшими с точки зрения финансового результата.

Если говорить о Группе, то в 2018-2019 гг. она продолжила активное развитие и расширение своего присутствия в Центральной и Восточной Европе. За это время было приобретено 6 банков, и сейчас ведутся дальнейшие переговоры. На текущий момент Группа ОТП присутствует в 10 странах и является крупнейшей и одной из наиболее прибыльных финансовых групп в Центральной и Восточной Европе.

— Как банк добивается высоких показателей рентабельности?

— Прежде всего, было полностью перестроено взаимодействие между внутренними подразделениями. Если на момент моего прихода в банк в 2013 году мои коллеги в рамках правления зачастую взаимодействовали языком служебных записок, то сейчас это просто невозможно себе представить. Я считаю, что у нас выстроена образцовая коллаборация между бизнесом, финансами и рисками, где каждый отвечает за свою часть работы с одной целью — развитие и рост показателей банка. Именно эту выстроенную конструкцию и культуру я считаю ключевым фактором нашего успеха в целом. Возврат капитала российского бизнеса Группы ОТП составил 23% по итогам 2018 года — это один из лучших результатов в России.

Важно будет еще отметить, что при принятии решений мы придерживаемся двух очень важных принципов.

Первый — никогда не ставим в приоритет краткосрочную выгоду в сравнении с долгосрочными приоритетами развития организации. Мы хотим работать на рынке долго и успешно и не идем на такие компромиссы.

Второй — при принятии бизнес-решения всегда оцениваем его через призму цифр и финансового анализа. Смотрим на present value, lifetime value, которые позволяют очень четко увидеть драйверы и спрогнозировать финансовый эффект того или иного решения. Совокупность этих факторов, помимо самой бизнес-модели, позволяет нам показывать такие результаты.

Фото: Арсений Несходимов/Inc.

— Каким образом вы просчитываете эти долгосрочные шаги?

— Как я уже сказал, мы не допускаем принятия популистских решений ради какого-то места в рейтинге, в ущерб доходности. У нас много примеров на рынке, далеко ходить не надо. Когда наступают тяжелые времена, мы видим банки, которые принимали бизнес-решения, должным образом не проработанные. Для некоторых это обернулось коллапсом или направления, или всего бизнеса в целом. Для нас нет никакой сложности стать лидером в потребительском кредитовании. Это можно сделать за 3 месяца, если говорить про объем выдач, но долгосрочные финансовые последствия такого решения будут предельно болезненными для организации. Мы для себя раз и навсегда решили таким путем не идти. На краткосрочном с точки зрения экономических циклов рынке нельзя принимать решения «на авось».

— На каких сферах банк делает акцент? Или акцент на универсальность?

— Так исторически сложилось, что 77% доходов организации связаны с кредитованием. В рамках стратегии, которую мы для себя определили на следующие 3 года, мы хотим диверсифицировать нашу бизнес-модель как по источникам доходов, так и по источникам привлечения новых клиентов. Предпосылок для такого решения много, включая волатильность экономики в стране. Кредитование становится довольно чувствительным направлением, и базировать привлечение новых клиентов исключительно на нем довольно рискованно.

— Какие еще направления вы планируете развивать?

— У нас 3 млн активных клиентов. Большинству из них мы ранее не предлагали расчетные продукты, связанные с повседневными тратами собственных средств.

Другой пример — работа с высокодоходными сегментами, такими как affluent и private, которые мы ранее активно не развивали. Мы хотим внимательней изучить возможности, которые у нас есть в этих направлениях. Наш банк работает на российском рынке 25 лет и является одним из немногих западных банков, которые остаются активными на нашем рынке, рассматривают возможности расширения и развития своего бизнеса. Для многих клиентов это привлекательно.

Вступая в новые сегменты, понимаем, что процессы и продукты, которые у нас есть, требуют доработок. Если вы делаете качественный продукт, удобный для клиента, честный по отношению к нему, и выстраиваете оптимальные процессы, то нет причин, чтобы у вас это направление не развивалось. Здесь нет никакой тайны или секрета.

— Наверное, в банковском деле сложно придумать что-то новое — у всех банков приблизительно одинаковые продукты. В чем ваше преимущество перед конкурентами?

— Здесь надо понимать, о каких сегментах и о каких продуктах речь. Если говорить о наших преимуществах в потребительском кредитовании, то я, конечно, скажу о качестве принимаемых решений и экспертизе. Если говорить о корпоративном или малом бизнесе, это прежде всего надежность для наших клиентов и работа в индивидуальном формате «бутика», с живым диалогом, что очень удобно нашим клиентам.

— Мы издание про малый и средний бизнес: банк работает с МСБ? Какие услуги предлагает клиентам?

— Исторически малый и средний бизнес занимал важное место в развитии банка, другой вопрос, что в какой-то момент доходность потребительского кредитования настолько превалировала, что это направление отошло на второй план с точки зрения приоритетов развития. Но в 2014 году к этому вопросу вернулись, с 2015 года начали расширение наших активностей в МСБ, сформулировав новое предложение по РКО, дополнив его новыми сервисами, услугами, и в 2018 году запустили кредитование, чего исторически раньше не делали.

Я видел любопытную статистику с точки зрения открытия счетов юридических лиц. У нас в стране количество юридических лиц падает. При этом мне знакомы планы многих банков, которые ставят цель в течение 3-х лет если не удвоить, то существенно нарастить количество юридических лиц, которые у них обслуживаются. Здесь одно из двух. Либо юридические лица начнут больше, чем сейчас, диверсифицироваться и открывать счета во многих банках, либо многие банки обманываются в своих ожиданиях. Понимая этот тренд, ищем свою нишу и тех, кому можем быть интересны. Тех, для кого надежность западного банка, сервис, который можем предоставить, и прежде всего наша гибкость будут являться преимуществом. Именно таких клиентов и привлекаем.

Банк не идет на компромиссы, связанные с качеством привлекаемых клиентов, у нас довольно требовательный контроль. Мы несем обязательства как перед существующими клиентами банка, так и перед акционерами.

— Сколько юридических лиц обслуживает банк на сегодняшний день?

— Около 17 тыс. активных клиентов малого и среднего бизнеса. Цифра эта растет. Довольно много привлекаем клиентов ежемесячно. При этом ориентируемся на малый и средний бизнес, не на микро.

— С чем это связано?

— Во-первых, большое количество банков сфокусировались именно в микро-сегменте, там высокая конкуренция, сложно предложить что-то особенное.

Во-вторых, клиенты, которые ищут свой сервис в микро, в основном ориентированы на диджитал-решения, и есть банки, которые делают это объективно хорошо, — опять-таки, сложно конкурировать. В-третьих, там довольно низкий заработок.

— Какие преимущества вашего банка в сфере МСБ перед другими кредитными организациями?

— Они кроются в индивидуальном подходе. Например, в кредитовании мы не работаем по принципу фабрики, у нас идет живой диалог с клиентами МСБ. В большинстве случаев это помогает с точки зрения принятия решений.

Фото: Арсений Несходимов/Inc.

— Какие цели и задачи вы ставите перед собой и перед командой банка на ближайшие несколько лет?

— У нас есть понимание того, что хотим делать в течение ближайших 3-х лет, и есть 3 ключевых приоритетных направления, в рамках которых и будем развиваться.

Первое — это диверсификация. Нам интересно получать дополнительные источники дохода.

Также будем запускать новое направление или начинать абсолютно по-другому думать о тех, где сейчас уже представлены.

Никогда не ставили для себя задачи быть пионерами в области диджитализации. Для этого есть масса предпосылок, связанных, в том числе, с сегментом, в котором работаем. Но для себя очень хорошо понимаем, что диджитализация — это возможность в значительной степени оптимизировать наши внутренние процессы и сделать более удобным взаимодействие клиентов с нами. Поэтому это является нашим вторым приоритетом. До конца этого года полностью меняем нашу диджитал-платформу внутри банка, это масштабный и важный для нас проект.

И третьим, самым важным направлением мы определили улучшение клиентского опыта. За счет результатов работы в этом направлении хотим получить дополнительные преимущества и доверие со стороны наших существующих и потенциальных клиентов. Мы уже запустили программу, в рамках которой пересматриваются как процессы, так и продукты для взаимодействия с клиентами. Это становится ключевой задачей для менеджмента и всех сотрудников банка.

— Какие это процессы, продукты?

— Прежде всего те, по которым у нас есть регулярная обратная связь со стороны наших клиентов. Мы также планируем работать с фокус-группами, которые помогут получить больше информации о том, что нравится клиентам, а что требует изменений с нашей стороны. За счет этого диалога мы и будем искать баланс между удобством для клиентов и теми бизнес-задачами, которые мы ставим перед собой.

— А какую обратную связь вы получаете от клиентов сейчас?

— Если вы посмотрите на обратную связь клиентов с банками, например в интернете, то увидите очень мало положительных примеров. Это свойство человека — с большей охотой высказываться о негативе, чем о положительном опыте, потому что воспринимаем положительный опыт как норму, что естественно и справедливо.

Невозможно на протяжении всего взаимодействия сделать абсолютно счастливыми все 3 млн клиентов, поэтому, конечно, обращения есть. Мы перестроили направление по работе с обращениями клиентов 3 года назад, и сейчас приятно сказать, что 80% запросов клиентов через любой канал решаются быстрее 5 дневного срока.

— Работая в таком ритме, как вам удается оставаться в тонусе? Есть ли какие-то способы — как восстанавливаться после работы?

— Одна вещь, которую я для себя недавно открыл, и жалею, что не открыл раньше, – нужно уметь переключаться. Необходимо давать голове отдохнуть от работы. Если этого не делать, эффективность снижается. Для меня это 3 основные вещи — музыка, театр и спорт.

— Организуете ли вы какой-то досуг для сотрудников в рамках рабочего дня, чтобы у них тоже была возможность ненадолго переключиться?

— Конечно. Сейчас заканчиваем реорганизацию нашей инфраструктуры. Мы находимся в новом головном офисе, переехали в него 15 апреля. Здесь достаточное количество зон, где сотрудники могли бы отдохнуть в течение дня. Стояла задача создать такое пространство, где сотрудникам было бы комфортно, независимо от времени, когда они сюда придут. У нас есть и душевые, и парковка для велосипедов.

По соседству с нами есть еще один наш операционный офис, который мы переоборудовали для большего удобства и эффективности работы команды, построили там комфортную для работы и отдыха инфраструктуру.

Также в конце 2018 года построили операционный офис в Твери — площадью 5,5 тыс. кв. м. Это 3-этажное здание — однозначно лучший офис в Твери, в котором пространство организовано так, чтобы коллегам было удобно и комфортно проводить время на работе. До конца 2019 года там будет работать 600 сотрудников.

Все наши новые офисы оборудованы просторными кухнями-столовыми, удобными переговорными комнатами, зонами коллаборации. В центральном офисе мы установили специальные телефонные кабинки, чтобы сотрудники могли общаться по личным вопросам, не отвлекая коллег, и не испытывали дискомфорта сами.

— Вам часто в жизни приходилось делать сложный выбор?

— Приходилось, конечно. В свое время я переехал из своего родного города в Москву. Для меня это было очень сложным решением. Друзья помогли это осуществить, и благодаря им я никогда не чувствовал себя в Москве одиноко или дискомфортно.

— Часто ли вы путешествуете и какие места обычно выбираете для поездок?

Я посчитал, что у меня за последний год в паспорте больше 110 отметок о пересечении границы, путешествую я часто. 

Чтобы отдохнуть и хорошо себя чувствовать, мне нужно уехать на природу. Я не большой любитель мегаполисов. Езжу в тайгу с палаткой 3 года подряд и неделю провожу на дикой природе. Это фактически мини-экспедиции, и вот там я действительно отдыхаю.

— Тема финансовой грамотности населения не теряет актуальность. Как вы обучаете своих детей правильному отношению к деньгам?

— Конечно, финансы вызывают у детей большой интерес. Моя средняя дочка в прошлом году, ей было тогда 9 лет, попросила, чтобы я детально ей рассказал, как работает банк. Я нарисовал несколько схем, объяснил, что такое денежные потоки. Дочка эти листочки сложила и забрала с собой. Мне кажется, у нее есть какой-то план. 

Главное, что я прививаю им в отношении денег, — что деньги являются следствием труда. Это формирует правильное и ответственное отношение к деньгам. У моих детей есть свои накопления, я вижу, как они бережно к ним относятся, и у меня это вызывает уважение.

— Каково ваше отношение к кредитам, и как вы отнесетесь к тому, если кто-то из ваших детей в будущем захочет взять кредит?

— Я задам своему ребенку точно тот же вопрос, который мы задаем своим клиентам. Знают ли они, на что хотят потратить средства, понимают ли, как они будут справляться с погашением взятых на себя обязательств.

— У вас когда-нибудь был собственный бизнес? И были ли мысли открыть свой бизнес в будущем?

— Конечно, был. В 13 лет на станции метро «Московская» я очень успешно продавал мороженое во время школьных каникул. Заработал сумму, превышающую совокупный доход моих родителей.

В настоящий момент я наемный менеджер, но если бы когда-то задумался о бизнесе, это было бы связано с образованием. Воспитывая троих детей, понимаешь несовершенство и ограничения существующей сейчас системы и вместе с тем видишь возможности, которые открывают современные технологии и альтернативные подходы в образовании.