Разобраться • 19 марта 2026
«Китайские потребители очень испорченные»: как российским компаниям выходить на рынок Поднебесной и почему не у всех это получается
«Китайские потребители очень испорченные»: как российским компаниям выходить на рынок Поднебесной и почему не у всех это получается

Китайский рынок — один из самых сложных в мире. Ошибки стоят миллионы долларов: товар могут «слить» в убыток, а попытка сэкономить на команде способна уничтожить бренд. Владелец агентства EKD Group Артем Жданов живет в Китае с 2012 года и помогает российским компаниям выходить на местный рынок. В интервью «Инку» он объяснил, почему китайцы не продвигают чужие бренды, сколько стоят специалисты со знанием языка и с какими продуктами в КНР лучше вообще не идти.
Китайский рынок — один из самых сложных в мире. Ошибки стоят миллионы долларов: товар могут «слить» в убыток, а попытка сэкономить на команде способна уничтожить бренд. Владелец агентства EKD Group Артем Жданов живет в Китае с 2012 года и помогает российским компаниям выходить на местный рынок. В интервью «Инку» он объяснил, почему китайцы не продвигают чужие бренды, сколько стоят специалисты со знанием языка и с какими продуктами в КНР лучше вообще не идти.
Наташа:
— Вы основали сайт про Китай на русском языке в 2013 году. Что вас вдохновило посмотреть в эту сторону именно тогда, больше 10 лет назад, когда КНР еще не была мейнстримом?
Артем:
— Китай я выбрал еще в 2007 году, когда решал, куда поступать. Я учился в Алтайском государственном университете, специальность — регионоведение Китая. Мне были интересны международные отношения. И даже тогда по новостям и трендам была понятна динамика: Китай рос бешеными темпами. Меня мотивировало то, что я в любом случае найду работу. О карьере предпринимателя я тогда не думал, просто выбрал растущую нишу, в которой никто ничего не знает.
Потом я понял, что выбор правильный. Позже я начал писать статьи о Китае для «Российской газеты», журнала «Эксперт» и других СМИ.

Артем:
— Китай я выбрал еще в 2007 году, когда решал, куда поступать. Я учился в Алтайском государственном университете, специальность — регионоведение Китая. Мне были интересны международные отношения. И даже тогда по новостям и трендам была понятна динамика: Китай рос бешеными темпами. Меня мотивировало то, что я в любом случае найду работу. О карьере предпринимателя я тогда не думал, просто выбрал растущую нишу, в которой никто ничего не знает.
Потом я понял, что выбор правильный. Позже я начал писать статьи о Китае для «Российской газеты», журнала «Эксперт» и других СМИ.
Наташа:
— Кем вы работали, когда переехали? И как поняли, что пора открывать свое дело?
Артем:
— Работал помощником директора по продажам и маркетингу в российско-китайском совместном предприятии. Мы импортировали кожу из России, доделывали ее в Китае и продавали местным фабрикам, которые шили обувь и сумки. Это было крупное предприятие.
Потом я перешел в российскую логистическую компанию, занимался их маркетингом и соцсетями. В то же время продолжал писать статьи и паблик «ВКонтакте» активно рос. Люди видели, что я живу в Китае, и начали обращаться с вопросами: проверить товар, найти поставщиков, организовать отгрузки. Когда количество таких запросов стало достаточно большим, я понял, что могу спокойно уходить в свободное плавание.

Наташа:
— Интерес к Китаю был, но при этом, как вы говорите, никто ничего не понимал. Что изменилось сейчас? Понимания и интереса стало больше?
Артем:
— В те годы наш паблик дорос примерно до 50 тыс. подписчиков и это был потолок. В нише нас знали все, кто связан с Китаем, мы стали лидерами. Однако многие компании все равно боялись работать с китайцами и предпочитали заказывать аналоги товаров и материалов из Европы — переплачивая, но считая это безопаснее и понятнее.
Сейчас, особенно после разворота на Восток и санкций, интерес вырос в разы. Но и информационный шум тоже. Информации по Китаю стало много, но она очень разная и проверить ее толком нельзя.
Раньше Китаем занималось профессиональное сообщество, люди с опытом и знанием языка. А сейчас пошла новая волна, которая работает на хайпе и тренде, не понимая ни языка, ни культуры. Из-за этого в публичном поле много ложных данных.
Наташа:
— Есть какие-то распространенные стереотипы о бизнесе в Китае?
Артем:
— Приведу несколько примеров.
Starbucks стал прибыльным в Китае только через 20 лет после запуска этого направления. Наши компании всерьез обратили внимание на этот рынок только пять лет назад.
Наташа:
— Рынок стал очень конкурентным. Насколько он вырос?
Артем:
— Трудно оценить в цифрах, но по ощущениям — в десятки, если не в сотни раз. Появилось огромное количество агентств по закупкам и компаний-представительств. Китайская сторона тоже адаптировалась: менеджеры выучили русский и английский, вырос уровень квалификации.
Сейчас это «красный океан» с высокой конкуренцией. Ниша настолько зрелая и простая, что закупками занимаются все подряд.
Артем:
Поэтому мы сменили фокус на обратное направление — вывод российских и иностранных компаний на китайский рынок. Направление сложнее, но и конкуренция ниже.
Наташа:
— В чем специфика выхода на китайский рынок? Что нужно понимать и к чему готовиться?
Артем:
— Я вижу институциональную проблему российских компаний в работе с экспортными рынками. К нам приходят и говорят: «Мы работаем в 15 странах». Но это рынки СНГ или Восточной Европы — понятные и близкие по структуре.
Мало кто преуспел в Европе, Америке или Азии. А китайский рынок еще сложнее любого другого.
Артем:
Очень часто в российских компаниях выход в Китай саботирует менеджмент. Владельцы хотят, а менеджерам это непонятно, сложно, да и дополнительных бонусов не дают. Сотруднику говорят: «Ты и в Казахстан отправлял, и в Эмираты, давай и с Китаем разберись». В итоге он занимается этим как сайд-проектом, а так не ничего не выйдет.
И главное — деньги. В России мало компаний, которые могут потянуть китайское направление. Чтобы просто протестировать рынок в первые годы нужны миллионы долларов. Не имея таких ресурсов, нет смысла даже начинать.
Наташа:
— Можете привести примеры провальных кейсов, критических ошибок?
Артем:
— Неудачных кейсов очень много.

Наташа:
— Самое дорогое — это маркетинг?
Артем:
— Да, а еще команда. Простой менеджер со знанием китайского и английского и опытом работы три года стоит минимум 20 тыс. юаней (около 250 тыс. руб.) в месяц. А директор офиса, который реально может двигать бизнес, — от 50 тыс. юаней (600–700 тыс. руб.) плюс соцпакет.
Люди из регионов смотрят на это и говорят: «Да у меня весь отдел будет стоить как ваши три человека». И пытаются найти кандидатов подешевле, а это риск.
Наташа:
— Китайский потребитель сильно отличается по регионам. В чем выражается эта разница и были ли кейсы, когда это не учли?
Артем:
— Регионы очень разные по достатку. В России, условно, кроме Москвы и Санкт-Петербурга, все примерно одинаковы. В Китае колоссальная разница между городами первого эшелона и третьего.
Нужно четко понимать, в кого вы метите. Для Шанхая, Пекина, Гуанчжоу нужно быть креативным, модным, в тренде. Для маленьких городов подходит более простой, «народный» контент.
Артем:
Есть и вкусовые различия. На севере Китая наши продукты воспринимают лучше, северяне исторически ближе к нам, да и граница рядом. На юге, особенно на восточном побережье, сильна конкуренция с западными брендами. Например, в Пекине можно продать российское мороженое, а уже в Шанхае — гораздо сложнее, потому что там десятилетиями представлены Häagen-Dazs (популярный американский бренд мороженого супер-премиум класса. — Прим. ред.) и другие.
Наташа:
— С какими продуктами сейчас не стоит идти в Китай, а какие, наоборот, будут востребованы?
Артем:
— Наверное, проще сказать, с чем идти не надо.
А на подъеме все, что связано со здоровым питанием: фитнес-батончики, продукты с пониженным содержанием сахара, без глютена. В России такие продукты есть, они хорошо упакованы, но конкуренция большая.
Наташа:
— В Китае свой, «закрытый» интернет. Как это влияет на стратегию продвижения брендов?
Артем:
— Китайцы почти не заходят на сайты или в поисковики. Более 50% используют мессенджер WeChat для поиска информации. Для потребительских историй главные площадки — это Rednote (Xiaohongshu) и Douyin (китайский TikTok). Тут лучше так: Есть еще платформа коротких видео Kuaishou — что-то вроде «Одноклассников» для небольших городов. Есть большие платформы Weibo и Bilibili. Все очень фрагментировано, и нужно понимать, где ваша аудитория.
Сайт для для B2C-продаж не нужен совсем. Нужно открываться на Tmall (аналог Wildberries) или в Douyin. Социальная коммерция в Китае составляет более 30% от всего рынка интернет-торговли. Люди покупают товары прямо во время прямых трансляций в один клик.

Артем:
Трафик в китайских соцсетях дороже, чем в Европе или Америке. Инфлюенсеры — главный инструмент. Некоторые бренды тратят на них до 80% онлайн-бюджета.
Инфлюенсер с 20–30 тыс. подписчиков может брать за пост 3–5 тыс. юаней (30–50 тыс. руб.). Аудитория не такая большая как все думают из-за того, что она фрагментирована на разных платформах. Например в Red Note, 100–200 тыс. подписчиков — это уже очень значимый блогер.
Наташа:
— Почему формат прямых трансляций так популярен в Китае?
Артем:
— Трансляции в прямом эфире с донатами были популярны давно. А потом соцсети добавили возможность делать покупки моментально прямо внутри платформы.
Например, в Instagram* на переходах на сайт теряется много конверсии. На китайских платформах все проще: ты нажал и купил. Шопинг стал неразрывно связан с развлечением.
Артем:
Кроме того, Douyin пользуется не только молодежь, это массовая площадка. Там есть аккаунты государственных газет с сотнями миллионов подписчиков, полицейских участков, чиновников.
Наташа:
— Дайте несколько советов предпринимателям, которые только собираются выходить в Китай.

Артем:
— Для начала нужно приехать сюда. Сейчас безвизовый режим, можно без выезда находиться в стране месяц. На старте стоит просто пообщаться с местными, с предпринимателями, с поставщиками на выставках. Установить все китайские соцсети, посмотреть, как все устроено, как люди мыслят. Это нужно для насмотренности, независимо от того, собираетесь вы закупать что-либо или продавать.
Самостоятельно разобраться очень сложно. Нужны консультанты или партнеры, которые уже работали в Китае. Многие пытаются запускать проекты в одиночку, думая, что всё понимают, но в итоге просто уходят с рынка.
*Упоминаемый ресурс Instagram принадлежит компании Meta, признанной экстремистской на территории Российской Федерации