• Usd 68.89
  • Eur 78.52
  • Btc 3790.66 $

Редакция

editorial@incrussia.ru

Реклама

advertising@incrussia.ru

Журнал

Инфографика: кто и сколько инвестировал в стартапы в первой половине 2019 года

Инфографика: кто и сколько инвестировал в стартапы в первой половине 2019 года

Рубрики

О журнале

Соцсети

Напишите нам

Разобраться

Сергей Белоусов, Acronis — о «судном дне», этике цифрового мира и психотерапии для предпринимателей

  • Анна Богомолова автор Inc.

Завоевывать глобальный рынок предприниматель Сергей Белоусов начал 28 лет назад. Перспективный разработчик приехал в Сингапур за комплектующими для компьютеров, которые продавал. В стране набирала обороты программа развития инноваций. Вместе с партнером по бизнесу Белоусов выиграл грант на разработку собственного софта. Дела шли очень хорошо, предприниматель получил паспорт Сингапура и в 2003 году основал Acronis, глобальную компанию по киберзащите, у которой сейчас 27 офисов по всему миру. 2019 год для гиганта начался с запуска большого научно-исследовательского центра разработки в Болгарии. Здесь компания открыла офис, сотрудничает с местными университетами, ассоциациями и властями, в ближайшие три года наймет 300 разработчиков и инвестирует $50 млн. В интервью Inc. Сергей Белоусов рассказал, в чем отличия ведения бизнеса в Европе и Азии, что нужно знать молодым стартаперам и почему большие данные приведут мир к «судному дню».


Форпост в Европе

— После стольких лет успешной работы в Сингапуре и США вы идете в Болгарию и говорите, что она станет самым большим центром разработки в Европе. Почему именно Болгария?

— Мы рассматривали 10 стран, Болгария была одной из них. По ряду показателей она оказалась лучше других. К тому же здесь у нас был партнер — компания T-Soft, с которой мы сотрудничали 13 лет и которую в итоге купили и переименовали в Acronis Bulgaria.

Болгария хорошо расположена для того, чтобы открыть здесь новый центр разработки. В стране 41 государственный университет. И хотя офису Acronis буквально несколько месяцев, компания уже начала сотрудничество с ведущими университетами в Софии. Здесь много талантливых кадров и есть возможность привлекать талантливых людей из соседних европейских стран. Кроме того, болгарское правительство очень поддерживает Acronis, мы уже получили статус инвестора класса А и наши инициативы здесь полезны для экономики.

Эта страна также очень хороша для семей наших сотрудников — хороший климат, нормальные цены на жизнь, хорошие школы и университеты.

А вот штаб-квартиру компании хорошо иметь в Сингапуре и Швейцарии – высокоразвитых, экономически и политически независимых странах с сильной армией и без атакующей доктрины.

— Около 13 лет вы были партнерами с T-Soft?

Да, мы 15 лет знакомы с человеком, который основал T-Soft, 13 лет мы с ним работали. Может быть, другие места были бы чуть лучше, но у нас уже здесь был Т-Soft и это стало важной причиной в выборе локации нового офиса. У нас уже была команда, которая долгие годы работала с Acronis. Они знали наши технологии и продукты, и у них была хорошая репутация на европейском рынке.

Нужно стараться всегда быть в том месте, где ты можешь отличаться от других и добавлять пользы. В Болгарии мы достаточно большие, чтобы создать ценность. В нашем бизнесе самое главное — это брать на работу лучших из лучших из лучших. В Болгарии и России мы входим в Топ-3 работодателей, а потому можем нанимать лучших. Их количество приблизительно пропорционально количеству людей с высшим образованием. В Болгарии обычная советская традиция: все идут учиться в университет, — поэтому много людей с высшим образованием. Больше, чем, например, в Турции. Грубо говоря, в стране есть 5 тыс. человек, которые нам бы подошли. Нам нужно нанять из них 500, и в Болгарии у нас хороший шанс нанять этих 500, а, например, в другом месте этого шанса нет, потому что у этих людей очень большой выбор — они могут уехать за границу, они могут пойти работать в Google, в Microsoft, Facebook, VM WARE и так далее.

— Какие плюсы и минусы ведения бизнеса есть в Азии и в Восточной Европе?

— В Азии 49 стран и, наверное, есть 10 разных, отдельных кластеров, в которых бизнес более-менее по-разному ведется. Япония и Сингапур, например, страны развитые. Индонезия — не такая страна, Китай — тоже. Более того, у нас бизнес особенный, он имеет дело с битами, а биты везде одинаковые. У нас нет никакого географического фокуса, мы работаем со всеми. И Азия для нас не является ключевым регионом — это просто один из регионов. В Азии у нас 25% бизнеса, в Европе — 35%, в Америке — 40%. Это нормально, так практически у всех больших компаний. У нас с самого начала была такая пропорция. Например, Microsoft пришел к такой пропорции, скажем, за 20 лет.


Офисы Acronis в мире


Сейчас у компании Acronis открыто 27 офисов по всему миру. В международной команде работает больше 1300 человек и Acronis активно развивает свои научно-исследовательские центры. Офис в Болгарии — ключевой центр исследований и разработок Acronis в Европе. Компания занимается киберзащитой, обработкой данных, разработкой продуктов и услуг.


Сергей Белоусов. Фото: Андрей Стекачев / Inc.

Защита данных как бизнес

— В России сейчас такое впечатление, что все компании, которые защищают данные, побежали на рынок для малого бизнеса…

— Больше 50% расходов на информационные технологии у предпринимателей — это большой бизнес во всем мире, и еще много лет так оно и будет. Большой бизнес может быть большим, только если он сильно связан внутри, если он хорошо коммуницирует внутри себя. Поэтому для него информационные технологии являются очень важной вещью. Маленький бизнес может в меньшей степени зависеть от цифрового и в большей степени зависеть от просто вербальных коммуникаций, от принятия решения на основе какой-то индукции. Поэтому я думаю, что это только кажется.

Я думаю, что и в России тоже 60% расходов — это большой бизнес. Любой большой бизнес занимается защитой данных, девайсов, приложений, — всего. Потому что это необходимо.

— В России новая инициатива — дать возможность гражданам продавать корпорациям, компаниям свои личные данные и зарабатывать на этом. Это реализуемо? Ведь многие данные уже украдены.

— Люди имеют право продавать свои личные данные. Но эти данные не статичны, их много, они меняются, а поэтому украсть можно только их часть. Самая большая проблема в том, что в этой области нужны понятные законы, но их нет — ни международных, ни внутри страны. Сейчас непонятно, что хорошо, а что плохо. Если бы, скажем, Северная Корея сбросила бомбу, то это однозначно было бы плохо. А если бы Северная Корея запустила в интернет какой-нибудь вирус, который разрушил кучу данных, в киберпространстве это выглядело бы не так страшно. И всё еще нельзя сказать однозначно, хорошо это или плохо.  

— А вы могли бы создавать такие законы?

— Я могу заниматься бизнесом, делать софт для киберзащиты или, например, участвовать в создании квантового компьютера. Я могу создать новый университет — я понимаю, как это делать. А политика — это не то, что я понимаю, и не то, что мне хотелось бы делать, но это нужная и неизбежная часть мира. Она не всегда бывает хорошей. Например, можно не любить полицию и жаловаться на гаишников, но без полиции был бы хаос, а без ГИБДД было бы невозможно ездить. Граница того, что можно или нельзя делать, очень растяжимая, поэтому законы — это необходимость. Политика и политики необходимы. Без этого нет жизни на Земле, но я этим заниматься не буду.

Фото: Андрей Стекачев / Inc.

Ценности и бизнес

— Для студентов МФТИ и на своих презентациях вы говорили о том, что у вас есть система ценностей, которая помогает бизнесу…

— Просто хорошо ее иметь, это полезно и удобно. Надо, чтобы ценности были. Особенность в том, что в бизнесе нужно работать с людьми — с партнерами, с клиентами. Люди должны понимать, как тебя можно обидеть и как тебя можно порадовать, а если они не понимают этого, то им сложно с тобой работать. Особенно это касается лидеров.

Своим сотрудникам я объясняю, что наша система ценностей применима к нашему сценарию. Она имеет отношение к ним не потому, что она хорошая, а потому что мы в одной команде. В другом месте может быть по-другому.

— Вы быстро к этому пониманию пришли? Вы начали заниматься бизнесом очень давно…

— Вообще к пониманию какому-то, что должны делать другие люди, пришел, когда начал заниматься, в некотором смысле, инвестициями. Наверное, в 2006, в 2007 году. До этого не задумывался, как я общаюсь с людьми.

Бизнес не часть природы, а часть человеческого общества. Оно хаотично. В хаотичной среде никакая вещь не имеет значения сама по себе. Такая среда — это сложная комбинация разных факторов, система ценностей в какой-то степени помогает создать ориентиры.

— А что бы вы могли посоветовать начинающим бизнесменам, сегодняшним стартаперам?

— Недавно я был в Давосе на экономическом форуме, меня позвали сделать презентацию для детей. Там были и мои дети, программа называется Wisdom Accelerator for Youth (WAY). Им я советовал следить за собственной продуктивностью, чистить зубы, ходить к врачу, спать, правильно питаться. За продуктивностью можно следить только самому. Например, читать — это важно, а большинство людей не читают. Как и спортом заниматься: кто-то привык, а кто-то не может привыкнуть.

Молодым предпринимателям стоит изучать еще и психологию, основы психотерапии, чтобы понимать поведение людей и его причины. От молодых предпринимателей часто слышишь: «Моя команда ведет себя странно», — а на самом деле она ведет себя обычно. Это люди, они нервничают, у них есть эмоции, и это ни хорошо ни плохо, это нормально. Странно сетовать, что идет дождь.

Очень важная часть успеха, в предпринимательстве в том числе, — решать проблемы, которые ты можешь решить, а не те, которые хочешь или надо решать. Многие предприниматели делают эту ошибку. Может, что-то и надо сделать, но если это невозможно, процесс теряет смысл.

Фото: Андрей Стекачев / Inc.

Будущее и «Черное зеркало»

— Вы в одном из интервью говорили, что главная проблема будущего — это защита подлинности данных. Как вы думаете, как человечество должно и как оно будет ее решать?

— Есть очень много разных способов. Один из них — защита подлинности данных, блокчейн. Очень тяжело такие вещи предсказывать. 60 лет назад вряд ли кто-то мог представить, на что будут способны сегодняшние смартфоны. Это как эволюция — одновременно развиваются возможности подделывать данные и защищаться от подделки.

— Как вам кажется, с развитием технологий этика эволюционирует? У меня есть любимый пример: едет беспилотный автомобиль, авария неизбежна, кого он будет давить — бабушку или толпу?

— Я думаю, в этом году будущее беспилотных автомобилей, к сожалению, отодвинулось немножко. Выявилось огромное количество частных ситуаций, в которых трудно научить автомобиль правильно действовать. Процесс обучения автомобиля достаточно сложный, и пока что мощность компьютера, который можно засунуть в автомобиль, намного меньше, чем мощность человеческого мозга.

На днях мне приводили пример: автомобиль не мог ехать при сильном дожде — думал, перед ним барьер. Скорее всего, для таких автомобилей появятся автономные дороги, части дорог или маршруты.

Об этике: мы живем в мире без этики. В этом мире не однозначно понятно, что можно и что нельзя. Одна этика — это американская демократия, другая — этика денег. 

В цифровом мире должна быть какая-то этика, но более важно — какая этика в реальном мире.

— Технологии сделают мир более этичным и победят коррупцию?

— В цифровом мире гораздо сложнее скрывать что-то. Мы приближаемся к «судному дню», который придет в следующие 10-20 лет, когда мир будет оцифрован. Потому что фактически, чтобы «судный день» пришел, нужны только 2 вещи. Во-первых, нужно все знать. У нас везде висят камеры, над нами висят спутники, они оцифруют мир с точностью до 1 кв. см. Раньше вы могли что-то сделать — и никто бы не узнал. Сейчас записали не только то, что вы сделали в данный момент, но и то, как вы к этому пришли.

Можно будет предсказать ваши мысли, когда вы сидите, смотрите на меня. Я думаю, будут способы и в этом мире нарушать правила, просто на другом уровне.

Во-вторых, очень важна защита приватности и оригинальности. В таком мире вы все решения принимаете согласно огромному количеству цифровых данных, и если эти данные подделать, вы будете принимать неправильные решения.

И все равно я верю, что это все к лучшему.