Снижение чувствительности к гормону роста продлило жизнь мышей
Генетическое отключение рецептора гормона роста у мышей в возрасте 12 месяцев повысило выживаемость животных обоих полов. При этом улучшения обмена веществ, силы и координации исследователи обнаружили преимущественно у самцов.
Результаты опубликованы в научном журнале Aging Cell. Исследование не доказывает, что подавление сигнала гормона роста продлевает жизнь людям: эксперимент провели на генетически модифицированных мышах, а безопасность такого вмешательства как способа замедлить старение человека не проверяли.
Гормон роста отвечает не только за развитие организма: он участвует в регуляции обмена веществ, состава тела и состояния тканей. Связываясь с рецепторами на поверхности клеток, гормон запускает цепочку сигналов, которая в том числе стимулирует выработку инсулиноподобного фактора роста 1 (IGF-1). Этот белок также влияет на рост тканей и обменные процессы.
Исследователи использовали генетически модифицированных мышей, у которых введение тамоксифена запускало отключение гена Ghr, кодирующего рецептор гормона роста. Вмешательство провели в возрасте 12 месяцев — после завершения основного роста и репродуктивного созревания животных. За продолжительностью жизни наблюдали в группах по 30−35 мышей, а показатели здоровья оценивали в отдельных группах по 9−12 животных.
После отключения Ghr у мышей сформировалась устойчивость к гормону роста: концентрация IGF-1 в крови снизилась, а уровень самого гормона компенсаторно повысился. Исследователи объясняют это ослаблением обратной связи — в норме выработка IGF-1 помогает сдерживать дальнейшее выделение гормона роста.
Читайте также
Мыши прожили дольше
Анализ кривых выживаемости показал статистически значимое увеличение продолжительности жизни у животных обоих полов. У самок медиана выросла с 929 до 1003 дней — примерно на 8%. У самцов показатель увеличился с 943 до 1011 дней, или примерно на 7%, однако надежность этих двух результатов оказалась разной.
У самок 8-процентный прирост медианы достиг статистической значимости, а у самцов 7-процентное увеличение — нет. Значимого роста максимальной продолжительности жизни у самцов также не обнаружили. При этом сравнение полных кривых выживаемости показало статистически значимый эффект у обоих полов, поэтому итог зависел от выбранного способа анализа.
Патологоанатомический анализ не выявил статистически значимого снижения числа смертельных опухолей или общего количества обнаруженных патологий. Измененные мыши жили дольше, но в конце жизни у них находили примерно те же заболевания, что и у животных из контрольных групп. Авторы считают такой результат совместимым с общим замедлением старения, а не с защитой от какой-либо конкретной болезни.
Какие изменения произошли со здоровьем
Наиболее заметные функциональные улучшения действительно наблюдались у самцов. У них повысилась чувствительность к инсулину, а в тестах на вращающемся стержне животные показали лучшие координацию и силу хвата с поправкой на безжировую массу тела. Исследование костей также указало на умеренное сохранение структуры губчатой ткани позвонков.
Однако эффект нельзя назвать однозначно положительным. У мышей обоих полов увеличилась доля жировой ткани и уменьшилась доля безжировой массы, хотя ее абсолютное снижение зафиксировали только у самцов. Общий индекс возрастной хрупкости не изменился, а у самок не улучшились ни чувствительность к инсулину, ни координация и сила хвата.
Почему важен средний возраст
Предыдущие эксперименты уже показывали, что ослабление сигнала гормона роста и IGF-1 способно продлевать жизнь мышей. Однако в большинстве таких работ использовали животных с врожденными генетическими изменениями. Поэтому было сложно понять, связано ли долголетие непосредственно с замедлением старения или с особенностями развития — например, меньшими размерами тела и пожизненно измененным обменом веществ.
В новой работе ген Ghr отключили уже после завершения основного роста и репродуктивного созревания. До 12 месяцев мыши развивались при обычной работе сигнального пути гормона роста, и только затем их организм стал устойчивым к его воздействию. Результаты показали, что для влияния на продолжительность жизни этот механизм необязательно подавлять с рождения.
С помощью секвенирования отдельных ядер исследователи также изучили клетки печени 19-месячных мышей. У животных обоих полов снизилась доля B-клеток, а активность генов в клетках печени самцов частично сместилась к профилю, обычно характерному для самок. Однако работа не показывает, стали ли эти изменения причиной увеличения продолжительности жизни или лишь сопровождали ослабление сигнала гормона роста.
Теперь исследователям предстоит выяснить, почему эффект различался у самцов и самок, какие изменения действительно влияли на долголетие и насколько поздно такое вмешательство может оставаться эффективным. Хотя препараты, блокирующие рецептор гормона роста, уже применяются для лечения акромегалии, эксперимент не дает оснований использовать их для замедления старения: их влияние на продолжительность жизни здоровых людей не установлено.
Подпишитесь на «Инк» в Telegram. Там мы пишем нескучным языком о самом важном для предпринимателей. Подписаться.
