Поделиться • 18 ноября 2026
«Успех оказался ловушкой»: как мы развивали сеть барбершопов в разных городах и что пошло не так
«Успех оказался ловушкой»: как мы развивали сеть барбершопов в разных городах и что пошло не так

Когда я пришел в сеть барбершопов в ноябре 2020 года, в ней было 28 салонов, а управляющей компании не существовало. С тех пор мы перешли на франшизу, за год открыли 16 барбершопов в Тюмени, пересобрали проект в Уфе и вышли в Санкт-Петербург. Я усвоил важную вещь: схема, сработавшая в одном городе, в другом может оказаться бесполезной. Расскажу, как мы масштабировали сеть, какие стандарты пришлось пересматривать и почему ошибки обходятся дороже, чем кажется.
Когда я пришел в сеть барбершопов в ноябре 2020 года, в ней было 28 салонов, а управляющей компании не существовало. С тех пор мы перешли на франшизу, за год открыли 16 барбершопов в Тюмени, пересобрали проект в Уфе и вышли в Санкт-Петербург. Я усвоил важную вещь: схема, сработавшая в одном городе, в другом может оказаться бесполезной. Расскажу, как мы масштабировали сеть, какие стандарты пришлось пересматривать и почему ошибки обходятся дороже, чем кажется.
Сеть «Мужики Про» основал Кирилл Волхонский в 2015 году в Нижневартовске. Он ездил в Екатеринбург освоить профессию и за две недели собрал салон. Кирилл увидел свободную нишу. Барберинг тогда был услугой для мужчин с доходом выше среднего и стоил примерно в четыре раза дороже обычной парикмахерской. У барбершопов был узнаваемый антураж: барберы в костюмах и подтяжках, деревянная мебель, кожаные диваны, виски. Кирилл решил сделать все это доступным.
Кирилл сделал ставку на расширенный набор услуг: помимо стрижки — кофейный пилинг, скраб кожи головы, ментоловый тоник, аппаратный массаж головы, удаление волос воском. Стоило это как в обычной парикмахерской. Когда через несколько лет сеть пришла в Екатеринбург, студентов стригли за 300 руб.
Это сработало. Несколько лет сеть росла на собственные деньги и с помощью партнеров-инвесторов. Кирилл сам работал и учил новых мастеров.
Как мы пришли к франшизе
Я пришел в компанию в ноябре 2020 года. В сети тогда было 28 салонов в Нижневартовске, Екатеринбурге, Сургуте, Тюмени и Челябинске, все собственные. Управляющей компании не было. Первый год мы наводили порядок:
Когда мы навели порядок в собственной сети, встал вопрос, как расти дальше. Цель мы определили еще до франшизы: стать крупнейшим оператором на рынке барберинга в России с плотной сетью салонов в каждом городе-миллионнике.

Изначально мы сравнивали три модели: развивать только собственную сеть, совмещать собственные салоны с франшизой или полностью перейти на франшизу. Выбрали франшизу по трём причинам:
Другой понятной модели для быстрого масштабирования мы не видели. При этом мы понимали, что репутация у франшиз в России подорвана: 5–10 лет назад на рынке было много пустышек, которые собирали паушальные взносы и исчезали. Мы хотели сделать принципиально другой продукт, с которым партнёры заходят надолго и зарабатывают.
Уверенность нам дал эксперимент на собственных салонах. Перед запуском франшизы в Екатеринбурге мы предложили лучшим управляющим выкупить салоны, которыми они руководили, на выгодных для них условиях. Право на выкуп нужно было заслужить. Мы ввели ежемесячный рейтинг управляющих по основным бизнес-показателям. Желающих оказалось много.
После выкупа салоны заработали заметно эффективнее. Управлять своим бизнесом и чужим — это разное отношение к делу. Новые владельцы сами сокращали лишние расходы, плотнее выстраивали графики, внимательнее следили за персоналом. Выросли и выручка, и рентабельность.
Мастера увидели, что вчерашний управляющий стал предпринимателем, и начали спрашивать, как открыть свой салон. Так появились первые франчайзи из числа наших мастеров.
Сейчас мы открываем салоны по такой финмодели: паушальный взнос — от 300 тыс. руб. (300 тыс. руб. за салон на 2–3 кресла и 600 тыс. руб. за салон от 4 кресел), роялти — 0%, пока выручка не превышает 450 тыс. руб., а после этого — 10% от выручки, инвестиции на открытие — от 2 млн руб.
Скорость и ее цена: как открыли 16 салонов за год
Мы рассуждали так: стратегически нам нужны все миллионники, значит, вопрос не «куда», а «когда». Города выбирали по близости к Екатеринбургу, где и находится наш головной офис и начался рост сети, и по желанию самих мастеров. Большой проект по открытию салонов начали с Тюмени: это большой город, с развитой инфраструктурой и относительно свободным рынком. Там с 2022 года уже был один наш салон. Самая крупная сеть барбершопов на тот момент насчитывала всего 7 салонов. Мы решили открыть 16 барбершопов в течение года.
Наш продукт — это услуга барбера по стандарту сети, а не товар. Передать ее человеку со стороны сложно, поэтому многие франчайзи — действующие или бывшие мастера. Отсюда правило: новый город сначала занимают уже опытные франчайзи или наши мастера, которые решили вложиться в свой салон, и только потом в него приходят внешние инвесторы.
Мы собрали четырех мастеров из Екатеринбурга, готовых переехать в Тюмень, и заключили с каждым контракт: открыть четыре салона за год на выгодных инвестиционных условиях. Логика запуска такого плацдарма простая: 16 салонов — это узнаваемость и клиентская база, под которые приходят внешние франчайзи. Дальше сеть растет органически.

Все внимание управляющей компании ушло в один город. Через год в Тюмени работало больше 16 салонов, сейчас их 40 на 20 франчайзи. У скорости была цена. В каждом салоне работают 5–6 мастеров. Открывать по салону каждые три месяца — значит одному партнеру за год собрать команду из 20–25 барберов. С учетом текучести первого года, обучать приходится вдвое больше. Почти все новые мастера приходят без опыта. Путь до топ-мастера, который может наставлять новичков, занимает больше года.
После открытия партнерам еще около года приходилось налаживать операционку:
Тогда я счел это приемлемой платой за быстрый захват города. Сейчас от жестких контрактов «четыре салона за год» я отказался.
Основная ошибка на старте
Глубокий анализ рынка, с учетом всей специфики нового региона, мы пропустили. Подвели нас два собственных стандарта.
Вывод простой: стандарты нужны, но их приходится пересматривать каждый раз, когда меняется среда.
Весной 2026 года мы пересобрали проект за месяц:
Задача была одна: быстро дать большому числу людей новый потребительский опыт. В марте в три салона пришло 148 новых клиентов, в апреле, после пересборки и агрессивного маркетинга, — мы привели более 1,3 тыс. новых клиентов.
Суммарная выручка трех салонов выросла в два раза — при сниженных ценах.
Неожиданный для нас вывод: в Уфе рекомендации работают сильнее, чем в Екатеринбурге. Отзыв местного блогера там воспринимают как совет знакомого, а не как рекламную интеграцию, а после рекламной кампании поток держится на сарафанном радио. Предположить это и расчитать по нашей стандартной модели мы не могли — только на месте.
Как выходили в Санкт-Петербург
Следующий миллионник, Санкт-Петербург, мы готовили полгода, и в 2025 году он был единственным новым городом.

Вот что мы сделали иначе, чем в других регионах.
К сентябрю 2026 года в Петербурге работает 22 салона. И вот какие выводы можно сделать.
Выводы для предпринимателей
В 2026 году мы не открываем новые регионы и укрепляемся там, где уже работаем, а Казань и Новосибирск пока ждут такой же пересборки, какую прошла Уфа.