Переключиться

Опасное одиночество: как гены обусловили наше желание быть в обществе

Опасное одиночество: как гены обусловили наше желание быть в обществе

Почему мы вечно переживаем, что подумают о нас другие? Почему мы боимся быть отвергнутыми? Всю историю человечества как вида, мы стремимся устанавливать отношения, повышать свой статус в иерар- хии и получать новые знания. Эти потребности, которые когда-то давно помогали Homo sapiens выжить, так сильны, что определяют наши мысли и поведение даже когда мы этого не осознаем, считает шведский психолог Анджела Ахола. Этим летом в издательстве «Альпина Паблишер» выходит ее книга «Скрытые мотивы. Истинные причины нашего поведения», в которой Ахола объясняет, как связаны первобытные инстинкты с нашими современными привычками вести соцсети, одеваться определенным образом и слушать ту или иную музыку. Inc. Russia публикует отрывок.

Отношения

Вспомните недавнюю ситуацию, в которой вам приходилось делать выбор. Совершенно любой — новой рубашки в магазине, сорта пива в пабе или фильма для вечернего просмотра. Он мог касаться и более важных вещей: за какую политическую партию голосовать, с кем пойти на свидание или какой карьерный путь предпочесть. Как думаете, почему вы в той ситуации сделали именно такой выбор? Как вы пришли к этому конкретному решению?

Возможно, этот вопрос кажется по-детски простым: очевидно, вы выбрали то, что больше понравилось, руководствуясь собственным вкусом и предпочтениями! Но если бы все было так просто…

Дело в том, что на большинство наших жизненных решений сильно влияют другие люди. Мы посещаем тренировки, потому что наши друзья занимаются спортом. Я смотрю это телешоу, потому что его любит моя мама. Я приобрела страховку, потому что о ней мне рассказала знакомая, с которой я общалась за ужином в прошлую субботу. Мои дети играют в теннис, потому что этим спортом занимаются два их одноклассника, а еще скоро мы летим в Малайзию, потому что один из друзей в соцсетях выложил фото из отпуска в Малайзии. Социум заметно влияет на нас.

В самом деле довольно сложно найти решение, на которое бы совсем не повлияли другие люди. Разумеется, на нас не влияет абы кто. Когда мы покупаем машину, нам важна ее надежность и безопасность, разумность цены и экономичность расхода топлива.

Но мнения друзей и семьи тоже учитываются. На нас влияет и то, ассоциируем ли мы эту машину с «крутостью» (то есть с высоким статусом).

И все же зачастую трудно допустить возможность такого влияния на себя. Наверное, вы слышали, что большинство людей боятся публичных выступлений даже сильнее, чем смерти. Но с чем это связано?

Причина, по которой мы воспринимаем публичные выступления как опасность, — это страх отвержения сразу многими людьми. В один момент целая толпа может коллективно решить, что впустую тратит на нас время. Это очень сильный страх, который называется глоссофобией. Врожденная чувствительность к критической оценке окружающих — еще один пример того, что мы можем реагировать на безобидные ситуации так, будто от них зависит наша жизнь.

Некоторые люди находят причины для беспокойства активнее, чем все остальные. Так уж исторически сложилось, что стрессовая реакция на малейшее подозрение об опасности оправдывала себя. К сожалению, сегодня она включается по совершенно незначительным поводам: скажем, интересующий вас парень отвечает на ваше сообщение слишком коротко или вы думаете, что сосед не пригласил вас на день рождения, а позднее обнаруживаете, что его приглашение попало в папку «Спам». Мы быстро начинаем думать: «Я не нравлюсь людям. Я неинтересный и никчемный изгой».

Почему же мы так боимся остаться в стороне? Да потому, что для наших предков изгнание было равносильно смерти.

Иногда мне бывает грустно

«Потребность в принадлежности — мощная, фундаментальная и чрезвычайно глубокая мотивация», — пишут Рой Баумайстер и Марк Лири в своем исследовании «Потребность в принадлежности» (The Need to Belong). Принадлежность к группе облегчила нам жизнь, потому что мы могли делиться едой, разделять обязанности по уходу за детьми и имели больший доступ к потенциальным партнерам.

Осознав, насколько для нас важны отношения, мы сможем понять, почему так сильно реагируем на одиночество. Это легко отследить. Например, время от времени я чувствую себя немного подавленной. И что интересно, эти переживания достаточно систематичны. Например, мрачное настроение часто возникает после того, как я несколько дней работала одна (у себя дома в кабинете). И я настолько подпадаю под это влияние, что продуктивность страдает до тех пор, пока я не выйду из дома на тренировку в зал или просто встретиться с людьми.

Когда мы находимся в компании, то обычно чувствуем себя лучше. Связь, которая есть между нами, больше, чем любой другой жизненный опыт, дарит ощущение счастья, благополучия и значимости. В то же время одиночество — явление интересное само по себе. Даже если в буквальном смысле мы не одни, периодически мы все равно можем чувствовать себя одиноко.

Почему одиночество опасно?

Долгое время считалось, что одиночество влияет на людей главным образом психологически. Сегодня мы знаем, что одиночество способно нанести вред и физическому здоровью. По правде, одиночество даже может привести к смерти! Важно различать добровольную и вынужденную изоляцию. Ведь именно вынужденная изоляция несет в себе повышенный риск сердечных заболеваний и болезней системы кровообращения — и даже преждевременной смерти.

Так почему же одиночество так губительно? Дело в том, что вынужденная изоляция может активировать реакцию мозга на боль. Тогда выделяются гормоны стресса, и именно они причиняют нам вред. Поэтому, когда мы одни, боль переносится тяжелее, чем в компании других людей.

Эволюционное объяснение губительного влияния одиночества состоит в том, что люди относительно слабы и медлительны по сравнению со многими животными. Научившись сотрудничать и держаться вместе, мы нашли успешную стратегию выживания. И этой стратегией стало объединение. То, что помогало нам выживать, мы воспринимали как нечто положительное, и в ответ мозг стал выделять нейрохимические вещества, которые дарили ощущение благополучия. Это объясняет, почему контакт с другими людьми мотивирует нас от начала и до конца жизни.

Представьте себе ситуацию: вы только что отправили SMS человеку, в которого влюблены. Проходит всего несколько секунд, и на экране появляются крошечные мерцающие точки (указывающие на то, что собеседник что-то отвечает), активируя ваши эмоции. Исследователи изучили эффект этих крошечных точек… Интересно, что осознание того, что сообщение уже набирается, вызывает в нас беспокойство. И мы ожидаем его, игнорируя то, что происходит вокруг. Это почти так же нелепо, как сидеть и смотреть, как сохнет свежая краска. И все же мы реагируем именно так.

Нас очень волнуют другие люди и то, что они могут нам сказать. Счастье, боль, тревога — с человеческими отношениями связаны самые сильные чувства. И снова: нет ничего случайного в том, что мы их испытываем. Ведь именно они помогли нам выжить. Социальная боль не менее значительна, чем физическая. Для нас естественно беспокоиться о своих отношениях. Для нас правильно хотеть, чтобы наши дети были рядом и в безопасности. Для нас нормально чувствовать привязанность, заботиться о близких и нуждаться в друзьях.

В прошлом мы жили небольшими группами и, если нам случалось уйти из своего поселения, испытывали страх и тревогу — сразу выделялись гормоны стресса. Сегодня мы живем в новом мире, но (это стоит повторить!) на наши гены повлияла совершенно другая эра в истории человечества. Компания других людей стимулирует меня, как и большинство из вас. Мы рождены социальными существами. Очень часто наша идентичность является отражением ценностей сообщества, к которому мы принадлежим. Отношения могут принести нам огромное счастье. И они же могут повлиять на ощущение бессмысленности жизни — например, когда они заканчиваются или когда умирает кто-то из близких.

Стадное поведение, по сути, константа для нас, людей. В этом контексте гордость за уникальность своей личности может казаться парадоксальной. Эти противоречивые силы создают внутри нас конфликт. Вы замечали, что люди в одном рабочем пространстве довольно часто выглядят более-менее одинаково? Они одеваются похожим образом и придерживаются целого ряда неписаных правил относительно того, как себя вести, что думать и во что верить. И все же, вопреки потребности быть похожими друг на друга, мы вовсе не хотели бы прийти на вечеринку и встретить там кого-то в таком же наряде, как у нас. Или, наоборот, попасть на мероприятие и осознать: «О нет, я же вообще не так одет, как я мог настолько неправильно понять дресс-код?!»

В процессе эволюции наш мозг развился как ориентированный на контакт и объединение с другими. Вероятно, именно поэтому люди — господствующий вид на планете. К сожалению, эти же эволюционные приспособления — причина того, что мы загадка для самих себя, с огромным слепым пятном в понимании, кто мы такие и как всё в нас работает.

Теперь еще внимательнее взглянем на то, как и почему людьми как биологическим видом движут отношения. Мы рассмотрим, что происходит с нами на нейрохимическом уровне, какие механизмы работают, когда мы вместе с другими и когда мы одни. Обсудим, как на наши решения влияют отношения и к каким последствиям — хорошим и плохим — все это может привести.

Социальное влияние: делай как мы

Люди совершают выбор под влиянием других. Это легко заметить, наблюдая за окружающими. Когда же дело касается нас самих, распознать подобное влияние не так просто. Эта глава посвящена тому, как другие люди простыми (но часто неочевидными для нас) способами влияют на наше поведение.

Почему нам порой что-то не нравится?

Чем мы интересуемся, что едим на обед, как часто тренируемся — на все это влияют действия других. Но почему?

Одно из объяснений в психологии называется эффектом социальной желательности. Распознать этот феномен внутри себя непросто, потому что само такое влияние мы расцениваем как нежелательное. В какой-то момент общество внушило нам, что нужно мыслить независимо и не поддаваться влиянию извне. Никто не хочет быть бараном в стаде, слепо идущим куда и все, незначительной частичкой серой, безликой массы. С такой позиции социальное влияние выглядит чем-то плохим, и мы определенно не хотели бы ему поддаваться.

К сожалению, все не так просто. Даже если бы влияние, наоборот, воспринималось в положительном ключе, нам бы все равно, вероятно, не нравилось замечать его воздействие на себя.

В книге «Скрытое влияние» (Invisible Influence) профессор Йона Бергер описывает исследование, в котором подробно объясняется, как мы подпадаем под влияние и насколько можем не осознавать этого.

Исследование было проведено профессором Морлендом в Питтсбургском университете. В его ходе студентам и студенткам показали фотографии четырех молодых женщин (отмеченные буквами A, B, C и D). После этого участников эксперимента попросили ответить на ряд вопросов о каждой из них. Насколько привлекательной они ее считают? Было бы им интересно провести с ней время? Захотели бы они с ней подружиться? Ни одна из женщин на фотографиях ничем особенным не выделялась. Судя по внешнему виду, все они были типичными студентками университета, примерно одного возраста, повседневно одеты — в общем, более или менее могли сойти за однокурсниц.

При этом важно, что три женщины с этих фотографий появлялись на лекциях профессора Морленда. Они приходили за несколько минут до начала занятия, медленно шли к первому ряду и садились на виду у большинства участников эксперимента. Во время лекции они сидели тихо и делали заметки, а по окончании занятия собирали вещи и выходили из класса вместе со всеми. Эти женщины были похожи на всех студенток с той лишь разницей, что на самом деле ими не являлись. По сути, они были статистами, приглашенными Морлендом.

Важной деталью этого эксперимента было то, что каждая женщина посещала разное количество занятий. Курс Морленда состоял из сорока лекций. Женщина A не приходила ни разу, женщина B приходила пять раз, женщина C — десять раз, а женщина D — пятнадцать. Прежде чем я расскажу вам о результатах, добавлю еще кое-что: у всех нас разные предпочтения. В этом нет ничего необычного. Когда дело касается потенциальных партнеров, одни предпочитают светлые волосы, а др гие — темные, кто-то выбирает мускулистых, а кто-то интеллектуальных, кто-то веселых, а кто-то нежных, кто-то спокойных, а кто-то энергичных. Поэтому неудивительно, что разные студенты воспринимали женщин A, B, C и D по-разному. Некоторые находили более привлекательной женщину A, другие — женщину B, C или D.

Однако, несмотря на эти индивидуальные предпочтения, возникла закономерность: женщины, которые чаще посещали занятия, воспринимались как более привлекательные. Посетившую пятнадцать занятий испытуемые сочли более привлекательной, чем посетившую десять. А последнюю, в свою очередь, признали привлекательнее той, что приходила только пять раз. Люди проявляли больше симпатии к тем, кого чаще видели. И дело не в том, что женщина, посетившая пятнадцать занятий, была привлекательнее, чем остальные, — все они были примерно одинаково симпатичны. При этом никто из участников эксперимента не познакомился ни с одной из этих женщин во время лекций, потому что те ни с кем не общались.

Итак, в ходе исследования выяснилось, что студентам больше нравились те женщины, которых они видели чаще других. Испытуемые сочли их более интересными и захотели с ними познакомиться. Но на самом деле они просто видели этих женщин в аудитории немного чаще, чем остальных.

Это побуждает меня намекнуть вам (конечно, отчасти в шутку): если хотите заинтересовать кого-то собственной персоной, дайте ему возможность почаще видеть вас. Организуйте встречи, общение или ситуации, в которых этому человеку будут попадаться на глаза ваши фотографии. Но имейте в виду: чем чаще вы видитесь — пусть даже коротко и невинно, — тем больше риск/шанс возникновения чувств. Стоит, однако, заметить, что, если начать бомбардировать человека фотографиями, сообщениями и разговорами, эффект может быть прямо противоположным.

Социальное влияние: невидимая сила

Знакомое вызывает одобрение — это показали сотни экспериментов. Это касается не только студентов на занятиях. Эффект знакомства с объектом работает в отношении текстов, фруктовых соков, зданий, рекламы и выдуманных слов. Чем чаще мы что-то видим, тем больше нам это нравится. Просто поразительно, насколько мы не осознаем этого эффекта, в то время как он работает. Когда студентов из группы Морленда — тех, кто принимал участие в эксперименте, — спросили, видели ли они когда-нибудь женщин с фотографий, почти никто из них этого не вспомнил. А на вопрос, могло ли это повлиять на их мнение (с учетом большой вероятности, что они видели хотя бы женщину D), озадаченно отвечали: «М-м-м, разве я видел кого-то из них несколько раз? С чего бы это повлияло на мое мнение об их привлекательности?» Но ведь произошло именно так.

Мы недооцениваем значение социального влияния, потому что не замечаем его. Мы не признаем доказательств этого влияния на свое поведение и считаем, что его просто нет. Однако оно проявляется постоянно, на каждом шагу. Подобно атомам, которые постоянно сталкиваются друг с другом, мы формируемся в непрерывном шквале повседневных взаимодействий.

Когда нам не хватает информации или мы просто не знаем, как поступить, мы обращаемся к мнению и опыту других людей, подсматривая, как справляются они. Вполне логично. Мы полагаемся на других как на источник информации, который помогает ускорить процесс принятия решений. Это экономит время и силы.

Но здесь кроется ловушка: согласно исследованиям, в ситуациях, когда правильное решение для нас очевидно, мы все равно склонны подчиняться мнению группы. Даже если оно совершенно неверно, мы становимся жертвами давления со стороны окружающих (например, в ситуациях с употреблением алкоголя или придирками к конкретному коллеге). А когда мы видим, что все смеются над плохой шуткой, то и сами тоже смеемся.

Другими словами, даже если нам очевидно, как поступить правильно, или известен точный ответ на вопрос, мы все равно подражаем другим.

Видит ли рыбак рыбака издалека?

Наверняка вам знакомо выражение «Рыбак рыбака видит издалека». Нас притягивают люди, с которыми мы в чем-то похожи. Даже если это сходство только внешнее. Вероятно, это связано с тем, что нам близко то, что знакомо, и мы рассчитываем ощутить такую близость с другими.

Если в начале отношений двое чем-то схожи, то со временем они станут еще больше походить друг на друга. Дело в том, что, когда вы проводите время с одним и тем же человеком в течение десятилетий, то успеваете бесчисленное множество раз отразить жесты и выражение его лица. Годы повторяющихся действий накладывают отпечаток на наши лица. Даже двухлетние малыши начинают плакать, заслышав плач другого ребенка, и да, дети тоже подражают мимике своих родителей.

Эта имитация происходит неосознанно, благодаря так называемым зеркальным нейронам. Давайте представим, что я начинаю переговоры и у меня хорошие условия для заключения сделки. Если я узнаю, что другая сторона тоже может свободно торговаться, тогда наши шансы прийти к соглашению весьма высоки. Чем меньше у каждого из нас возможностей пойти на уступки, тем меньше пересечений и тем труднее становятся переговоры. Это означает, что для примирения разногласий обеим сторонам потребуется больший компромисс, чем ожидалось.

Однако можно кардинально увеличить шансы сторон прийти к соглашению, даже когда все кажется безнадежным. Секрет заключается в отзеркаливании человека, с которым ведутся переговоры. Это явление исследовалось на экспериментальных переговорах в парах. Одна из групп получила инструкции незаметно подражать своим оппонентам: если продавец почесывал нос, покупатель делал то же самое, если продавец отклонялся вперед или назад на стуле, покупатель повторял это движение. Разумеется, имитировать нужно было деликатно и незаметно для собеседника. Участники, применявшие такую имитацию, в пять раз чаще закрывали сделку. И это был успех!

Помимо возрастания шансов прийти к соглашению на переговорах, отзеркаливание помогло практикующим доказать свои преимущества и достичь более высоких результатов. В интервью испытуемые отмечали, что благодаря подражанию чувствовали себя более комфортно и добивались значительного успеха.

В области продаж отзеркаливание помогает продавцам убеждать покупателей. Знаете ли вы, что мы оставляем на 70% больше чаевых официантам, которые подражают нам? Простое отражение чьего-либо приветствия в электронном письме («Привет!», «Здорово!», «Добрый день!», «Как дела?») увеличивает шансы положительного ответа.

Отзеркаливание дарит ощущение близости и работает как своего рода социальный клей, скрепляющий людей. Вместо противопоставления «мы и они» собеседники чувствуют более тесную связь и взаимозависимость единого «мы». Если чье-то поведение напоминает ваше, то кажется, что между вами гораздо больше общего, чем может быть на самом деле. Возникает ощущение, что вы «одной крови». Отзеркаливание способствует принятию друг друга. Это подтверждают и исследования в области «быстрых знакомств»: участники, которые на первом свидании подражали лингвистическому стилю (манере говорить) собеседника, получили в три раза больше приглашений на повторную встречу. А пары, сложившиеся из людей со схожим стилем общения, оставались вместе спустя три месяца отношений на 50% чаще остальных.

Единственная причина, по которой мы отклоняемся от естественной потребности подражать друг другу, — избегание сближения с другим человеком. Например, люди, которых устраивают их романтические отношения, менее склонны зеркалить привлекательных потенциальных партнеров.

На лекциях мы часто обсуждаем, как человечество развило социальную гибкость в процессе эволюции. В этом, по сути, и заключается социальная компетентность. То, что вы говорите с мамой в одной манере, а с дочерью в другой, вовсе не означает, что вы лгун. Вы можете говорить со сцены совершенно не так, как со своим партнером. У гибкости есть преимущество перед закостенелостью — ведь ваша личность не высечена на камне.

Можно ли предсказать хиты?

В 1950-х годах психолог Соломон Аш провел серию экспериментов, в которых просил испытуемых ответить на ряд вопросов. Когда те отвечали абсолютно самостоятельно, практически все их ответы были правильными (сложных заданий в эксперименте не было).

Однако ситуация изменилась, когда испытуемые узнали ответы других (подставных) респондентов. После этого треть группы допустили ошибки, повторив их за другими. Обратите внимание: участники эксперимента добровольно подпали под влияние незнакомцев, не имея причин стараться им угодить.

Все это описывает понятие конформность. В обсуждении после исследования многие респонденты объясняли: «Видимо, мои первоначальные догадки были неверны». Они сомневались в себе. И результаты исследований мозга испытуемых показали, что многие из них действительно начали воспринимать ситуацию так, как ее это делали другие. Нас подкупает чужое видение реальности. Мы выросли на идеологии, нормах и ценностях, пронизывающих общество, поэтому принимаем их за истину, редко подвергая сомнению.

Я уже рассказывала об исследовании с участием женщин-«студенток», в котором бóльшую симпатию вызвали те, кого «однокурсники» видели чаще других. А как это можно применить, например, к искусству? Художники, актеры, книги — становятся ли они популярными по той же причине? Можем ли мы предсказать успех: какие песни станут мировыми хитами и кто из авторов детективов придется по душе широкой аудитории?

К сожалению, талант и качество редко бывают единственными факторами успеха. Наше желание подражать другим влияет даже на популярность песен, фильмов и стиля одежды.

Социальный исследователь Мэтью Салганик решил проверить это утверждение применительно к музыке. Его команда разработала веб-страницу с песнями мало- известных исполнителей. Все треки можно было прослушать, а понравившиеся скачать. Порядок песен постоянно менялся, чтобы не влиять на предпочтения слушателей.

В этом исследовании приняло участие около 14 000 человек (это довольно много). Респондентам была доступна информация о названиях песен, именах исполнителей и о том, сколько людей скачало каждую конкретную песню. С началом исследования включилась сортировка по популярности: самый популярный трек оказывался вверху списка, следующий по популярности шел за ним и т. д., то есть при скачивании очередной песни последовательность каждый раз обновлялась. Исследователей интересовало, насколько для посетителей сайта значим выбор других.

Респонденты, как правило, копировали предпочтения предыдущих слушателей сайта и скачивали те же песни, что и они. Чем больше людей выражало свои предпочтения, скачивая или не скачивая определенные песни, тем сильнее становился разрыв между самыми популярными и самыми непопулярными композициями. Под давлением социального влияния популярные песни поднимались все выше, в то время как аутсайдеры опускались все ниже.

Таким образом, команда исследователей доказала воздействие социального влияния на популярность музыки.

Как снежный ком

Команда Салганика искала ответ еще на один вопрос, поэтому было создано восемь идентичных, но независимых друг от друга веб-страниц — восемь версий реальности. В какой из них окажется тот или иной участник, определял случай. Несмотря на то что все версии находились в совершенно одинаковых условиях, развивались они полностью независимо друг от друга.

Если бы успех определенных песен зависел только от их качества, все веб-страницы в конце концов выглядели бы практически идентично: лучшие песни стали бы самыми популярными, а худшие — наоборот. И если песня стала популярной в одной реальности, она оказалась бы популярной и в других. Но произошло иначе. Популярность композиции сильно варьировалась от одной веб-страницы к другой. Например, одна из самых популярных песен в одной реальности стала аутсайдером в другой.

Но как успех может быть таким переменчивым? Почему не было общей закономерности, связанной именно с качеством музыки? Ответ, конечно, в социальном влиянии. Участники стремились подражать тем, кто выразил свое мнение ранее, и случайный небольшой отрыв в начале голосования разрастался как снежный ком, переходя в лавину. В итоге в восьми «реальностях» популярными оказались совершенно разные песни, и сильнее всего на это повлияло мнение первых проголосовавших. Естественно, у тех были более или менее разные музыкальные вкусы. Возможно, одному нравился стиль кантри, другой предпочитал баллады, третий — панк, а четвертый — хип-хоп. Варьировался порядок выбора песен. В одной «реальности» первым мог проголосовать любитель кантри, в другой — металлист. А следующие слушатели видели, какие песни одобрены до них, и могли использовать эту информацию как ориентир для своего «собственного» решения. И вот тут-то «реальности» и начали развиваться в разных направлениях.

Очевидно, мнение других не может полностью контролировать наше собственное, но способно склонить чашу весов в ту или иную сторону. Сила, определяющая, какое произведение станет следующим хитом, блокбастером или бестселлером, вполне может оказаться снежным комом, удачно запустившим лавину всеобщего обожания.

Означает ли это, что всемирно известные звезды — Beatles, Элвис, ABBA, Metallica, Бейонсе — своим колоссальным успехом обязаны случаю? Может ли любая забытая мелодия стать хитом, а любой человек — звездой? Ну нет. Не совсем. Даже в эксперименте Салганика было видно, что качество соотносится с успехом. Лучшие песни загружались чаще, а худшие — реже. Лучшие песни не попадали в конец списка, а худшие — в топ. Однако «реальности» значительно разошлись друг с другом, и это свидетельствует о том, что дело тут не в одном только качестве.

Чтобы увидеть влияние этого механизма на собственный выбор, достаточно вспомнить, как мы себя ведем, просматривая Spotify или интернет-магазины. Обычно у нас нет ни времени, ни компетентности, чтобы изучить все варианты самостоятельно, и мы идем по проторенной дорожке, ориентируясь на хит-парады, рейтинги и рекомендации: на все то, что уже прочитали, послушали и оценили другие… Так мы экономим время и силы.

Социальная конформность (когда вы смотрите на мир так же, как другие) указывает на принадлежность к группе единомышленников. Если другие люди разделяют вашу версию реальности, вы ощущаете себя частью общего целого. Вы принадлежите к сообществу, а значит, выживете — наконец можно выдохнуть. С точки зрения эволюции речь идет именно об этом. Соплеменники, которые держались вместе, выживали. У одиноких волков дела шли хуже.

Ощущение схожести с другими приносит глубокое удовлетворение. «Социальная смерть» — это состояние, в котором оказывается человек с разорванными социальными связями. Наши самые болезненные воспоминания часто обусловлены внезапной потерей — независимо от того, потеряли ли мы любимого человека или просто родителей в универмаге, когда были маленькими.

Будь первым — влияй сильнее

Уже упоминалось, что феномен социальной конформности влияет даже на групповые решения. «Верблюд — это лошадь, созданная комитетом». Понаблюдайте, как участники фокус-групп обмениваются мнениями или как комиссия решает, кого из претендентов нанять на работу: первый голос сильно влияет на окончательное решение (точно так же, как это произошло с песнями в исследовании Салганика).

Сможет ли группа объединить знания всех участников, зависит от того, есть ли к этой информации доступ. Если мы объединяем свои знания, то можем принимать решения эффективнее. Но если все подражают друг другу или держат свои опыт и знания при себе, увы, теряется сама ценность группы.

Но что же можно предпринять, чтобы были услышаны разные точки зрения? Как сломить власть социального влияния? На самом деле одного отличающегося от других мнения может быть достаточно, чтобы остальные члены группы тоже начали озвучивать свое. Не нужно быть в большинстве, чтобы чувствовать себя комфортно, думая не как все и осмеливаясь это выражать. Нам просто достаточно понимать, что мы не одни в тот момент, когда отважились высунуть голову из толпы.

Другие рекомендации:

  1. Соблюдайте конфиденциальность личного мнения (например, используйте анонимные опросники перед встречей).
  2. Уменьшайте размер групп (тогда каждый отдельный голос будет иметь больший вес).
  3. Высказывайте свое мнение первым (даже если единого мнения нет, это даст ориентиры тем, у кого еще не сформировалось точки зрения по предмету).
  4. Перед встречей поговорите с каждым участником индивидуально и поделитесь своими мыслями (это может объединить людей, разделяющих вашу позицию, что впоследствии, возможно, поможет склонить остальную группу на вашу сторону).

Таким образом, можно утверждать, что мы недооцениваем роль социального влияния на свое поведение, потому что просто не замечаем его.

Тем не менее оно воздействует на нас постоянно, каждый день, на каждом шагу. Человек как организм особо не меняется — об этом говорил еще Зигмунд Фрейд. Но ведь сегодня мир вокруг нас трансформируется невероятно быстро, а это означает, что люди просто обречены на постоянные перемены. Реагировать или нет, действовать или бездействовать? Зачастую единственный ориентир в принятии решений — это окружающие нас люди.