• Usd 68.89
  • Eur 78.52
  • Btc 3790.66 $

Редакция

editorial@incrussia.ru

Реклама

ad@incrussia.ru

Журнал

Бизнес-кодекс: Максим Каширин, основатель группы компаний Simple

Бизнес-кодекс: Максим Каширин, основатель группы компаний Simple

Рубрики

О журнале

Соцсети

Напишите нам

Разобраться

Миллиардер Александр Лебедев – о схемах коррупции мировых элит (и о том, что с этим делать)

Миллиардер Александр Лебедев  – о схемах коррупции мировых элит (и о том, что с этим делать)

Российский миллиардер и банкир, совладелец российской «Новой газеты», издатель британских Evening Standard, Independent и совладелец телеканала London Live Александр Лебедев изучил мошенническую схему, с помощью которой обогащаются мировые элиты. Частью этого процесса, по версии предпринимателя, стали банкротство банка «Открытие», крах авиакомпании «Трансаэро», хищения в Credit Swisse. Книга предпринимателя «Погоня за украденным триллионом» вышла в издательстве Эксмо в декабре 2018 года. Inc. публикует отрывок с сокращениями.


Режим гарантий


Главным предварительным условием для системной коррупции, которая с последней трети XX века поразила периферийные страны, стало взрывное сочетание авторитарных режимов и открытых границ. В течение многих десятилетий считалось, что автократы должны держать границы закрытыми, чтобы надежно управлять своим населением, но сегодня это уже не так. Современная коррупция вызвана самим существованием режимов, позволяющих своим сатрапам грабить собственную страну и при этом держать и тратить деньги за рубежом, чувствуя себя в абсолютной безопасности. Отметим, что сегодня социальные элиты в любой стране ведут себя похожим образом, утверждая, что они принадлежат к успешному «космополитическому» слою общества. Многие сторонники глобализации утверждают, что это одно из ее благ, но этот вывод представляется несколько сомнительным.

Политическая открытость авторитарных режимов — или развитие «нелиберальной демократии» в уже открытых и относительно свободных обществах — создают существенные проблемы и для этих обществ, и для остальной части мира. С одной стороны, простота перевода средств в офшорные юрисдикции, открытия счетов в крупных западных банках, приобретения недвижимости по всему миру — и даже законность перемещения за границу с огромными денежными суммами серьезно подрывает намерение местных элит установить в своих странах главенство закона. Человек нуждается в этом, только будучи уверенным, что стабильный правовой режим гарантирует будущее рядового гражданина — и даже политического оппозиционера.


Но если подавляющее большинство представителей правящих элит лелеют идею покинуть страну, когда их власть закончится, в верховенстве закона нет нужды, оно бесполезно — с точки зрения поиска тихого места, куда можно будет удалиться от дел.


Лидеры авторитарных режимов — в большинстве приспособленцы, и чем более открыто общество в такой стране, тем шире слой тех, кто игнорирует закон. С другой стороны, люди профессиональные и образованные, но не связанные с режимом, могут свободно покинуть страну, если политические условия станут неприемлемыми. Это создает другую важную связь между открытостью современных авторитарных режимов и их стабильностью. Большинство активных граждан довольны жизнью и понимают, что стратегически эффективны «биографические решения системных противоречий», а не попытки изменить систему.

В авторитарных режимах XXI века действительно есть понимание, что системная коррупция — эффективное средство обеспечения лояльности чиновников, а открытые границы позволяют мирно перетасовывать правящую элиту (поскольку некоторые ее участники бегут из страны), избавляться от большинства не вписывающихся в систему граждан (которые могут законно заработать и построить свое будущее в другом месте). Поэтому вроде бы очевидное предположение, что открытость создает больше возможностей для борьбы с коррупцией и изменения общества, на самом деле вводит в заблуждение. Напротив, «запечатывание» коррумпированных обществ могло бы наилучшим способом вдохновить их на борьбу с коррупцией, мошенничеством и кумовством. Говоря о Глобальной антикоррупционной инициативе и разделении мира на две части, я имею в виду в первую очередь именно это.


Обладатели вторых паспортов


Запуск Глобальной антикоррупционной инициативы сразу же переведет граждан стран, отказавшихся от участия, и компании, которыми они владеют, во второразрядную категорию. Эти люди будут вынуждены либо закрыть счета и продать недвижимость, если решат не раскрывать свою личность, либо сделать информацию о своей собственности достоянием общественности. Подчеркну этот пункт: никто не отберет их собственность, просто личность собственников должна быть раскрыта. И это может многое изменить, ведь коррумпированные режимы притворяются «чистыми» и «невинными». Конечно, лишь небольшая часть обладателей зарубежных счетов и недвижимости, вторых паспортов или резидентских удостоверений открыто их декларируют. Следовательно,

государства-члены Глобальной антикоррупционной инициативы могут создать комплексную базу данных обо всех, кто открыл персональные и корпоративные банковские счета, стал выгодоприобретателем любого из «слепых» трастов или фондов, купил апартаменты, дома, яхты, самолеты и другую дорогостоящую собственность. Эта база данных не предоставляется государственным чиновникам, а становится достоянием общественности с защищенным неограниченным 24-часовым доступом в Интернете. Число чиновников, которых затронет эта инициатива, окажется намного выше, чем число погибших в XIV веке от Черной смерти в Европе, а «вывод капитала» может стать не имеющим аналогов по масштабам в истории западного мира. Открытая информация позволит бюрократам подсиживать коллег, спровоцирует чувствительные конфликты внутри правящей элиты, многочисленные увольнения высокопоставленных чиновников и породит глобальную путаницу, поскольку неизбежные налоговые проверки затронут миллионы людей.

Глобальная антикоррупционная инициатива должна создаваться как организация, открытая для любой страны, которая захочет присоединиться. Она не должна быть похожа, например, на Европейский союз, который принимает новых участников при условии согласия всех членов.


Все в суд


В нашем случае единственным условием допуска — и, следовательно, устранения всех ограничений и дополнительных требований, затрагивающих большинство людей, — является готовность предать международному суду обвиняемых в коррупции и принять общие нормы поведения, уже действующие для стран-участниц Глобальной антикоррупционной инициативы. Скорее всего, лишь немногие коррумпированные чиновники предпочтут собственным интересам потребности общества; если руководство страны откажется начать движение, тем самым оно покажет себя полностью коррумпированным. Если давление из-за границы на коррупционеров и на простых людей станет достаточно сильным, можно ожидать огромных изменений в любом системно коррумпированном обществе глобальной периферии.

С глобальной коррупцией следует бороться не только в мировом масштабе, но также и новыми методами — как с относительно новым явлением. В течение многих веков с коррупцией начинали бороться в нескольких случаях: во-первых, правитель мог обеспокоиться управлением делами государства, если состояние его назначенцев внезапно увеличилось; во-вторых, взяточничество могло обнаружиться по жалобе на коррумпированного чиновника, в-третьих, если кто-то из чиновников заподозрил, что конкурент незаконно получает выгоду. Сегодня многое изменилось. Если режим коррумпирован, его хозяин обычно закрывает глаза на некоторые методы коррупции, поскольку коллективная ответственность укрепляет режим. Отношения между взяткодателем и взяточником ограничены пределами государства и обычно не могут исследоваться с международной точки зрения. Прозрачность, обеспеченная конкуренцией, тоже существует внутри национальных границ.

Поэтому наиболее впечатляющие из недавних антикоррупционных дел, как правило, вытекают из уголовного расследования, начатого в одной стране и ведущего в другую, где деньги использовались; или из независимого расследования, начатого активистами и указывающего на очевидное нарушение законодательства об отмывании денег; или из фактов, указывающих, что человек не может себе позволить подобный уровень жизни на свои официальные доходы и т. д.


Проблема в том, что коррумпированный чиновник может быть привлечен к суду в другой стране, только если он нарушит закон этой страны.


В противном случае, и если не разыскивается в родной стране, он может чувствовать себя в безопасности. К примеру, десятки украинских чиновников-коррупционеров, накопивших значительное состояние, живут теперь в Европе без всяких проблем, поскольку новое украинское правительство не разыскивает их за правонарушения. Многие чиновники и бизнесмены, ответственные за воровство, обман и мошенничество в постсоветских странах, получили политическое убежище в Европе и США, потому что якобы стали жертвами гонений, выступая против политических режимов на родине. При этом все они сами были частью режимов и стали миллиардерами благодаря им. Очевидно, что западный мир определенно испытывает недостаток соответствующих инструментов для успешной борьбы с глобальной коррупцией даже на собственной территории.

К сожалению, как уже отмечалось, качество современных политических элит стран Запада таково, что лишь настоящая революция сподвигнет их на борьбу с глобальной коррупцией. Накануне Февральской революции в России, в ноябре 1916 года один из лидеров либеральной оппозиции Павел Милюков выступал в Государственной думе с обличительной речью, указывая на факты неготовности России к мировой войне, преступной халатности и коррупции высших должностных лиц. Он говорил о том, что правительство находится во власти «темных сил», не способно управлять страной, и требовал отставки председателя Совета министров. Сообщая о том или ином бестолковом распоряжении, Милюков риторически восклицал: «Что это — глупость или измена?»

Бездействие властей стран Европы и Северной Америки в вопросе международной коррупции, а порой прямое укрывательство мегамошенников с их крадеными капиталами — смесь глупости и прямого сговора с офшорной олигархией.

В феврале 2017 года я напрямую обратился к элитам в комментарии, опубликованном самой авторитетной газетой финансового мира — The Financial Times:

«Я с интересом прочитал статью Дэвида Фейна «Как наказать тех, кто отмывает деньги?» (23 ноября 2016 года) и ответ Стивена Хейнса на нее «Банки на передовой против финансового преступления». (Письма, 28 ноября 2016 года).

Оба автора упускают важный момент. Что касается потоков теневого капитала, то проблема не в недостаточной бдительности со стороны законодательного регулирования. В конце концов, США извлекли примерно $270 млрд из банков, что довольно-таки значительно, чтобы считать, что результатов нет. Эти суммы банки заплатили, чтобы избежать стандартного судебного преследования, — недавно банки Deutsche Bank и Credit Suisse добавили к этому еще $12,5 млрд, выплаченных по мировому соглашению.

Но эти штрафы составляют только малую часть прибыли преступников, поэтому они не готовы менять свои плохие привычки. Тем временем, даже по самым скромным оценкам, ежегодно $1 трлн мошеннических наличных денег перетекает из третьего мира в первый. Я предлагаю назвать это явление «третьей колонизацией». Эта сумма добавлена к уже существующему «пулу» теневых денег, который, по скромной оценке, превышает $60 трлн и сопоставим с ежегодным валовым внутренним продуктом всей планеты.

Заманчиво обвинить только страны так называемого развивающегося мира в этой утечке. Да, происхождение этих состояний — из расположенных на краю света стран, часто посредством воровства и коррупции. Но эти состояния были бы бесполезны или даже ими было бы опасно владеть, если бы местные олигархи не чувствовали себя в безопасности, помещая их на временное хранение за границей. Только приблизительно 0,01% из тех людей из Африки, Азии и Латинской Америки, кто поместил свои деньги в Банк Лондона (международная идиома для покупки собственности в столице), создали офшорные компании, которые трудно обнаружить, или скрытые трасты.

Остальные делают это на глазах властей и на глазах легионов агентов по недвижимости, банкиров, адвокатов и бухгалтеров, которые только рады помочь им.

На самом деле именно благодаря этим профессионалам коррупция, в течение многих веков бывшая национальной проблемой, становится теперь глобальным явлением.

Запад создал новую финансовую систему, которая разблокировала границы бедных и плохо управляемых стран. Местные правители наполняют свои карманы за счет населения своих стран и инвестируют доходы в экономику Запада. Эти коррумпированные элиты извлекают выгоду из беспорядка внутри своей страны и порядка здесь — получают выгоду из обоих миров.


Радикальные меры


Часто Россию представляют как наиболее типичную и патологически коррумпированную страну. Но в действительности малочисленная объединенная группа лиц взаимодействовала различными способами для захвата активов около 700 банков, больших и маленьких, незаконно присвоив приблизительно $100 млрд. Небольшая часть ежегодного триллиона, о котором мы говорим.

Эти украденные суммы денег были одобрены и безопасно размещены в иностранной юрисдикции вне досягаемости российских властей. По крайней мере половина суммы прибыла из банков, которые прошли аудит одной из бухгалтерских фирм «Большой четверки».

Вместо того чтобы притворяться бдительными, возможно, пора принять радикальные меры и преобразовать систему, которая увековечивает несправедливость во всем мире. Драматический политический сдвиг в англоязычных странах только делает ситуацию более срочной».

Полагаю, что движущей силой Глобальной антикоррупционной инициативы могут стать сами государства, которые пострадали от скрывающихся в странах «золотого миллиарда» казнокрадов и мошенников. Они могут официально обвинить предоставляющие им убежище власти в Европе и Америке в пособничестве отмыванию «грязных денег» (особенно в том случае, если эти власти откажутся присоединиться к Глобальной антикоррупционной инициативе). В любой цивилизованной стране это является тяжким преступлением. Money laundering — процесс преобразования нелегально полученных денег в легальные, что и происходит в многочисленных офшорах. Президентская комиссия США по организованной преступности в 1984 году использовала следующую формулировку: «Отмывание денег — процесс, посредством которого скрывается существование, незаконное происхождение или незаконное использование доходов и затем эти доходы маскируются таким образом, чтобы выглядеть имеющими законное происхождение». В международном праве развернутое определение легализации («отмывания») доходов от преступной деятельности, перечисление ее видов и способов содержатся в конвенции Совета Европы № 141 «Об отмывании, выявлении, изъятии и конфискации доходов от преступной деятельности» от 8 ноября 1990 года. Конвенция признала преступлением действия, связанные с «отмыванием» денег, полученных не только от наркобизнеса, но и от других видов преступной деятельности (их перечень определен ст. 6 Конвенции). Различия в законодательстве отдельных стран связаны прежде всего с определением перечня деяний, являющихся источником происхождения легализуемых средств.


В настоящее время банки обязаны работать в правовом поле, в котором в их обязательства входит соблюдение требований, направленных на минимизацию ущерба от отмывания денег, выработанных международными организациями, такими как Всемирный банк и Базельский комитет под эгидой Организации объединенных наций. В 1999 году ООН приняла Международную конвенцию о борьбе с финансированием терроризма. Эта конвенция вступила в силу 10 апреля 2002 года, ее подписали 132 страны и ратифицировали 84, в том числе Австрия, Швейцария, Литва, Латвия. Все банки, которые работают в правовом поле стран, ратифицировавших конвенцию от 1999 года, действуют согласно 8 специальным рекомендациям ФАТФ по борьбе с финансированием терроризма и 40 рекомендациям по борьбе с отмыванием денег и выводом капиталов. Помимо этого ЕС направил всем финансовым и контролирующим органам директивы и рекомендации по борьбе с отмыванием капиталов. В соответствии с директивой от 1 апреля 1994 года, любые сделки на сумму свыше €12 тыс. сопровождаются процедурой идентификации клиента и самой операции на предмет предотвращения отмывания средств.

Все страны Европейского союза должны соблюдать принципы ФАТФ по идентификации клиента, ведению учета с целью восстановления крупных валютных сделок и правовой защите при сообщении о сомнительных сделках. В 1988 году Базельский комитет принял Декларацию о предотвращении использования банковской системы в целях отмывания денег, полученных преступным путем. В декларации описываются основные принципы процедуры, которые администрации банков должны и обязаны применять для содействия борьбе с отмыванием денег в банковской системе как на внутреннем, так и на международном уровнях. В 1997 году комитетом были опубликованы Основополагающие принципы эффективного банковского надзора, где сказано, что отмыватели денег используют перемещение за границу денежной наличности и оборотных ценных бумаг.


Вся необходимая правовая база для предъявления международной офшорной олигархии уголовно-правовых и имущественных презентаций существует, и Россия могла бы выступить на этом пути в качестве первопроходца.


Уже не так важно, кто из бывших должностных лиц в ЦБ и правоохранительных органах допустил систематическое ограбление клиентов в банках страны. Раз за эту тему взялись, надо думать, как вернуть похищенное. Для расчистки авгиевых конюшен необходима межведомственная комиссия. В нее надо включить представителей силовых структур (СКР, ФСБ, МВД), Центробанка, Агентства по страхованию вкладов, Минфина, ФНС, Росфинмониторинга, а также представителей гражданского общества в лице общественных организаций, занимающихся мониторингом в сфере коррупции и экономической преступности. Комиссия должна работать гласно, с привлечением журналистов и независимых экспертов, в том числе международных.

25 апреля 2018 года глава Росфинмониторинга Юрий Чиханчин заявил, что российские чиновники и бизнесмены замешаны в выводе средств в офшоры и проведении сомнительных операций. По словам главы надзорного ведомства, власти регулярно мониторят крупные «офшорные сливы». «Росфинмониторинг постоянно проводит анализ материалов СМИ, таких как «панамское досье», «райское досье», «английское досье». Анализ данной информации показал, что гражданам России подконтрольны тысячи иностранных компаний, проходящих по данным досье», — рассказал Чиханчин. Руководитель Росфинмониторинга признал, что среди участников сомнительных операций есть публичные должностные лица, включая губернаторов, депутатов и даже глав органов исполнительной власти разных уровней.

Рассылка журнала Inc.
Подпишитесь на самые важные материалы о бизнесе
и технологиях в России