В России рынок лонжевити пока не отдельная и зрелая индустрия, а, скорее, набор пересекающихся ниш внутри более крупных рынков — превентивной и эстетической медицины, велнес-туризма, правильного питания, производства БАДов и других.

Управляющий партнер инвестиционно-консалтингового консорциума AREVLIFE Виктория Шарапова считает, что лонжевити вообще не стоит отделять от масштабной велнес-экономики: это просто более технологичный, сильнее связанный с наукой и медициной сегмент.

Эксперт отмечает, что эти слои в России находятся на разных стадиях развития. Потребительский сегмент — клиники, лаборатории, носимые устройства, БАДы, функциональное питание — развит хорошо. А вот третий слой — инновационные научно-обоснованные подходы к замедлению старения — пока только набирает обороты.

О том, что у лонжевити-индустрии есть перспективы роста, уже можно судить по показателям смежных направлений. Так, по оценке «РБК Исследования рынков», объем сегмента качества жизни в 2025 году составил 14,8 трлн руб. При этом темпы роста опережают динамику потребительского рынка в целом на 8%.

Основатель BIOHACKLAB 
Артем Васильев считает, что у инвесторов есть интерес к направлению лонжевити. Как минимум 5 крупных медицинских сетей уже развивают или планируют развитие направления медицины долголетия. Также несколько компаний находятся на стадии проработки проектов в санаторно-курортной сфере.

Само слово «лонжевити» пока не слишком хорошо знакомо россиянам. По данным сервиса «Яндекс Вордстат», только в сентябре 2026 года количество поисковых запросов с ним перевалило за тысячу. При этом предприниматели уже вовсю используют новый термин для маркетингового позиционирования товаров и услуг.

Правда, иногда с модной пометкой «лонжевити» предлагают привычные процедуры, вроде составления рациона питания, отдыха на курорте со спа-комплексом или анализа крови.

Ирина Некрасова — генеральный директор ММЦ ОН КЛИНИК на Таганской и на Новом Арбате — объясняет, что одна и та же услуга действительно может относиться к разным категориям. Все дело в том, с каким запросом приходит человек.

Основатель Russian Wellness Hub Илья Коноплев отмечает, что нередко слово «лонжевити» в описании продукта — исключительно маркетинг. «Мы можем называть вещи по-разному: превентивная медицина, санаторно-оздоровительный вектор, фитнес-вектор, лонжевити. Но зачастую продуктовая сущность у них одна и та же. Просто в случае с лонжевити для потребителя возникает добавленная ценность — продление молодости», — говорит эксперт.

Однако Марина Демидова — основатель сети клиник доказательной медицины docdeti и docmed — считает, что за привлекательными маркетинговыми обещаниями могут скрываться определенные риски. Часто под видом лонжевити продвигают то, что не имеет доказанной эффективности, а иногда и небезопасно: БАДы, сомнительные пептиды, «капельницы долголетия», «очищающие» детокс-программы.

«Рынок перенасыщен провайдерами таких “волшебных таблеток”, зарабатывающих на доверии пациентов к людям в белых халатах, — считает Марина Демидова. — Но мне очень нравится, что стали появляться пациенты, которые среди этого множества обещаний ищут те, которым действительно можно доверять».

Одна из причин резкой востребованности темы — демографическая ситуация: как и во многих других странах, в России растет продолжительность жизни и становится больше людей старшего возраста. По данным Минздрава, в 2025 году в России было 35,6 млн человек в возрасте 60 лет и старше — это 24,4% населения.

Как показывают опросы ВЦИОМ, долгое время основой считались отказ от вредных привычек и своевременное обращение за медицинской помощью. Но в 2026 году респонденты стали уделять больше внимания профилактике: 34% опрошенных регулярно проходят обследования и диспансеризацию, 30% регулярно занимаются спортом, 26% правильно питаются.

Одной из причин растущей популярности темы лонжевити Виктория Шарапова называет и развитие технологий. С их помощью теперь можно измерить то, что раньше казалось абстрактными метриками: биологический возраст, качество сна или уровень восстановления тела. ИИ позволяет искать закономерности в больших датасетах и связывать их с рисками, снижает стоимость интерпретации сложных биологических маркеров — а значит, делает услуги более доступными.

Опрошенные нами эксперты отметили, что потребителями лонжевити-услуг обычно становятся люди в возрасте от 30 до 50 лет, с достатком выше среднего и ведущие активный образ жизни.

«Люди смотрят на старшее поколение в России и европейских странах, проводят параллели и стремятся к повышению качества своей жизни. Следовательно, хотят грамотно управлять своим здоровьем, взять свое будущее под контроль», — говорит Ирина Некрасова.

Чаще не страх смерти заставляет людей заботиться о здоровье: пациенты обычно мотивированы именно желанием при жизни сохранить функциональность и контроль. Как отмечает предприниматель и биохакер Станислав Скакун, в сообщество лонжевити-энтузиастов часто приходят люди, у которых есть долгосрочные цели — дожить до чего-то важного, например полететь на Марс.

Подавляющее большинство россиян — целых 96% — хотели бы жить долго. Но оптимальную продолжительность жизни определяют весьма скромно — 89 лет. Станислав Скакун уверен, что цели должны быть куда более амбициозными. «Сейчас цель прожить до ста лет не считается достаточно амбициозной. Речь идет о радикальном продлении — минимум до 120 лет. Я считаю, что к лонжевити можно отнести только компании, которые работают именно над такой целью», — говорит эксперт.

К доступным уже сейчас технологиям Станислав Скакун относит, например, генетические тесты, которые могут определить будущую траекторию старения и найти у человека предрасположенность к долгожительству, а также использование экзосомальных препаратов (микроскопические мембранные пузырьки, которые переносят между клетками биологически активные молекулы. Таким образом экзосомы могут стимулировать обновление клеток и восстановление тканей. — Прим. ред.).

Но, как считает Скакун, россияне — и жители других развитых стран — таких лонжевити-технологий в ближайшее время не дождутся.

«Российский рынок обладает высокими стандартами качества и уровнем развития базовых медицинских технологий. Но при этом отличается строгой сертификацией и скептическим настроем профессионального сообщества. Чтобы влиять на продление жизни, мы должны прибегать к генной терапии, к различным клеточным технологиям, а все эти вещи в России и других развитых странах со строгим контролем качества и безопасности услуг получают разрешения со скрипом. Потому технологии оседают в странах вроде Гондураса и Руанды», — говорит предприниматель и биохакер.

Еще одна проблема, на которую указывает Виктория Шарапова, — большой разрыв между научной разработкой и коммерческим продуктом. В России есть компетенции для его создания, но мало кто готов коммерциализировать технологии и масштабировать продукты.

Еще опрошенные «Инком» специалисты сошлись во мнении: продвинутые лонжевити-методики бесполезны, если человек не ведет здоровый образ жизни.

Но в отношении отдаленного будущего Скакун все же настроен оптимистично. Он уверен, что в обозримом будущем методики лонжевити — даже самые инновационные — будут доступны массовому потребителю. Технологии контроля старения, которые через 10 лет смогут позволить себе только самые богатые, через 20 лет станут массовыми.

Материал носит информационный характер и не является медицинской рекомендацией. Мнения экспертов отражают их личную позицию. Любые медицинские вмешательства, включая генетические тесты, препараты и процедуры, возможны только после консультации с врачом