Мировое богатство побило рекорд и стало сильнее зависеть от ИИ
Благосостояние домохозяйств во всем мире в 2025 году выросло на $40 трлн и достигло рекордных $570 трлн. Прирост составил 7,3% против среднего показателя в 5,9% в год с 2000-го. Такие оценки McKinsey Global Institute привел в опубликованном отчете в новом отчете «The global balance sheet 2026: Imbalance and divergence». Совокупная стоимость активов на глобальном балансе приблизилась к $1,8 квадриллиона и также обновила максимум. Расчеты основывались на данных 23 крупных экономик, на которые приходилось около 70% мирового ВВП.
Благосостояние в пересчете на одного человека выросло в большинстве исследованных стран. Однако этот показатель отражает лишь средний уровень и не позволяет утверждать, что прирост равномерно затронул большинство семей. В самом отчете отдельно отмечалось, что средние значения скрывают большой разрыв между разными группами населения.
При этом в большинстве крупных экономик благосостояние росло медленнее ВВП. В McKinsey объяснили это прежде всего замедлением роста, а в некоторых странах — снижением стоимости недвижимости, на которую приходилась крупнейшая часть семейных активов. Исключениями стали США и Австралия, где отношение благосостояния домохозяйств к ВВП увеличилось не менее чем на 20 процентных пунктов.
Главный вывод отчета касался происхождения этого прироста. Большая часть нового богатства возникла «на бумаге», а не благодаря расширению реального капитала. На чистые инвестиции в жилье, здания, инфраструктуру, оборудование и интеллектуальную собственность пришлось только 20% роста против в среднем 30% в 2000–2024 годах. Почти 60% обеспечили переоценка существующих активов сверх инфляции и другие «бумажные» компоненты.
Акции обеспечили 57% прироста благосостояния домохозяйств, а недвижимость — только 15%. Это резко отличалось от ситуации в 2000–2024 годах, когда на недвижимость приходилось более половины роста семейных активов.
Такой сдвиг усилил зависимость динамики семейного благосостояния от фондового рынка. Речь шла не только о прямом владении акциями. Рыночные колебания отражались на активах домохозяйств через паи инвестиционных фондов и пенсионные накопления. При этом недвижимость по-прежнему составляла около половины мирового благосостояния семей, но в 2025 году перестала быть его главным источником роста.
В США рыночная стоимость акций нефинансовых компаний достигла 2,4 размера их чистых активов, тогда как в большинстве других стран это соотношение оставалось примерно на уровне единицы. В целом американские акции оценивались почти вдвое выше своей исторической нормы. Более половины прироста капитализации S&P 500 в 2021–2025 годах обеспечили компании «Великолепной семерки», которые обычно связывают с бумом ИИ. На США теперь приходилась почти половина стоимости акций компаний из выборки McKinsey, причем за последние 15 лет эта доля заметно выросла.
Такая концентрация еще теснее связала устойчивость мирового благосостояния с доходами американских компаний. Более трети акций компаний из США принадлежало иностранным владельцам. В McKinsey отметили, что разочарование в перспективах ИИ может запустить переоценку рынка и сокращение «бумажного» богатства, поэтому компаниям придется оправдывать заложенные в котировки ожидания ростом прибыли.
В Китае сложился другой перекос. Корпоративный долг достиг 80% стоимости реальных активов против среднемировых 50%, а его объем вырос до 1,7 годового ВВП — это стало самым высоким показателем среди исследованных экономик. Государственные расходы и корпоративные инвестиции продолжали расширять баланс страны, однако снижение стоимости недвижимости сокращало «бумажное» богатство и сдерживало рост благосостояния китайских семей.
По оценке McKinsey, разрыв между глобальным балансом и реальной экономикой мог сократиться по трем сценариям. Наиболее благоприятным стало бы ускорение производительности, при котором рост доходов оправдал бы высокую стоимость активов. Инфляция уменьшила бы реальную стоимость активов и долгов, а падение рыночных цен привело бы к перезагрузке баланса и потере части благосостояния.
Четвертым вариантом авторы назвали длительную стагнацию с низкими инвестициями, слабым ростом и невысокими процентными ставками. При таком сценарии глобальный баланс оставался бы раздутым без явной коррекции, однако экономика расплачивалась бы за это медленным ростом и увеличением долговой нагрузки. По оценке McKinsey, только ускорение производительности позволило бы одновременно сохранить благосостояние и поддержать реальный рост. Остальные сценарии означали бы потери богатства, экономического роста или того и другого.
Подпишитесь на «Инк» в Telegram. Там мы пишем нескучным языком о самом важном для предпринимателей. Подписаться.
