По оценкам экспертов, ИИ-инструменты применяют 93% российских производителей контента. При этом вслух об этом говорят редко, разве что когда использование нейросети само становится частью пиар-кампании. О том, как в индустрии встроили ИИ в процесс от чернового сценария до финальной цветокоррекции, насколько это изменило рынок и повлияло на зрителя, — в нашем материале.
По оценкам экспертов, ИИ-инструменты применяют 93% российских производителей контента. При этом вслух об этом говорят редко, разве что когда использование нейросети само становится частью пиар-кампании. О том, как в индустрии встроили ИИ в процесс от чернового сценария до финальной цветокоррекции, насколько это изменило рынок и повлияло на зрителя, — в нашем материале.
Делегируем рутину нейросетям
Первыми ИИ освоили те, кто работает на препродакшене — подготовительном этапе производства. Сюда входят разработка идеи, написание сценария, подбор визуальных решений и планирование съемки.
«Для поиска референсов я использую ИИ уже больше двух лет, но за последний год произошел заметный скачок. Сначала я делала с его помощью только раскадровки и эскизы декораций. С появлением GPT Image весной 2025 года мы с художниками-постановщиками начали генерировать первые эскизы и восторгу не было предела. А первые реальные задачи удалось быстро и качественно закрывать с приходом Nano Banana в конце августа 2025 года».
Мария Герасимчук
художник-раскадровщик и преподаватель киношколы «Студия24»
Художник-постановщик Артур Мирзоян выделяет два направления перемен: тотальное ускорение рутинных процессов и появление новых специальностей, которых три года назад просто не существовало в штатных расписаниях кинокомпаний. В свою очередь, на этапе постпродакшена ИИ особенно помогает с чисткой кадра.
При съемках на натуре, особенно в исторических картинах, в объектив неизбежно попадают кондиционеры, дорожные знаки, современные автомобили. Раньше их убирали вручную покадрово неделями, сейчас нейросети справляются за часы.
Меняется и виртуальный продакшн — съемка с использованием цифровых фонов и виртуальных декораций вместо реальных локаций. Технический директор компании «Медиавизор» Максим Прямов говорит, что искусственный интеллект превращает виртуальные студии из дорогостоящего инструмента крупных киностудий в продукт, доступный небольшим командам.
«Цифровой фон для съемок генерируется в несколько кликов по текстовому описанию или референсу. Настройка оборудования и съемка могут осуществляться в автоматическом режиме — ИИ управляет камерами и светом. Таким образом порог входа в индустрию существенно снизился — больше не нужны огромные инвестиции, масштабные павильоны и команды дорогих профессионалов».
Максим Прямов
технический директор компании «Медиавизор»
Полностью сделать кадр силами ИИ до сих пор сложно, признает Герасимчук: на общих планах чаще получается композитинг, когда финальное изображение собирается из отдельных генераций как из деталей конструктора. Каждый проект приходится решать заново, придумывая процесс под конкретную задачу и трезво оценивая возможности доступных моделей.
Экономия при этом заметная: по оценке «Коммерсанта», на которую ссылается Герасимчук, на отдельных задачах ИИ снижает стоимость производства до десяти раз — например, рабочая смена дублера с последующей нейрозаменой лица обходится примерно в 10 тыс. руб. против 300–500 тыс. руб. за съемочный день востребованного актера.
«Мы сейчас делаем проект, большая съемка, где все решено было сделать нейросетями. Это идет довольно больно, и, честно говоря, есть большие сомнения, что мы второй раз захотим так сделать. Нейросети, к сожалению, пока что имеют достаточно большое количество ограничений, и получить такой шот, план, который задуман в сценарии, почти невозможно».
Алексей Парфун
вице-президент АКАР и эксперт по ИИ
Стигматизация ИИ
Главный риск сейчас юридический, и здесь российская ситуация принципиально отличается от западной.
По Гражданскому кодексу, автором может быть только человек, и практика постепенно подстраивается под эту норму: например, на конкурсе нейроконтента Института Развития Интернета (ИРИ) от участников требовался сценарный план и полный перечень использованных нейросетей, чтобы подтвердить авторство. Однако даже такие меры можно обойти и судебная база в этой сфере пока крайне ограниченная.
Продюсеры называют главным барьером правовой вакуум вокруг контрактов на образ актера, а закон о маркировке ИИ-контента Госдума приняла только этим летом, причем маркировка добровольная. На этапе разработки в законопроекте фигурировали штрафы за ее отсутствие: от 10 до 50 тыс. руб. для граждан, от 100 до 200 тыс. руб. для должностных лиц и от 200 до 500 тыс. руб. для юридических лиц, но в итоговую версию закона — о добровольной маркировке — они не вошли.
Есть и репутационный риск. Если раньше создатели охотно рассказывали об использовании нейросетей, то сейчас крупные студии, наоборот, стараются не афишировать этот факт. Зритель уже пресытился ИИ-роликами, качество генерации растет, но вместе с ним растет и недоверие к результату.
Кадровый вопрос стоит остро, но не так однозначно, как может показаться. В зоне риска, по словам Артура Мирзояна, раскадровщики и часть специалистов постпродакшена, занятых рутинными процессами. Ключевые творческие позиции — режиссеры, операторы, художники-постановщики, продюсеры, драматурги — пока остаются за человеком, и любой сгенерированный материал обязательно проходит проверку и доработку специалистом.
От дипфейка до гибридной студии
Российские кейсы охватывают весь диапазон возможного: от воскрешения ушедших актеров до попытки собрать целый фильм силами нейросети. Например, цифровую реконструкцию Владислава Галкина для «Диверсанта» сделали еще в 2022 году. Позже, в 2024-м, на экранах появился еще один дипфейк, в этот раз Юрия Никулина — перед съемками создатели фильма «Манюня» получили согласие семьи актера.
Дальше по этому диапазону — сериал «Феофан» онлайн-кинотеатра «Старт», уже полностью сгенерированный ИИ. Еще дальше — «Чингис-Хан», вышедший в прокат в июне 2025 года с заявкой на звание первого российского полнометражного ИИ-фильма. Правда, с тех пор индустрия успела заметно продвинуться и рекомендовать эту картину как эталон сегодня не приходится.
«Союзмультфильм» к концу 2026 года планирует перевести производство на гибридную модель с использованием ИИ. По словам главы киностудии, это необходимый шаг для сохранения позиций студии на рынке.
Крупные продюсеры все чаще смотрят на нейросети не как на игрушку, а как на инструмент выживания индустрии в ужесточившихся рыночных условиях, особенно на стадии презентации идеи инвесторам и подготовки к производству.
У ИИ-кино уже формируется собственная инфраструктура подготовки кадров. Например, еще в 2025 году ВГИК совместно со «Школой 21» запустил программу по искусственному интеллекту в кинопроизводстве, а фестиваль ИИ-фильмов Neuro Masters собрал 1,5 тыс. заявок из 52 стран.
Куда это ведет
Крупнобюджетное кино пока держится на настоящем человеке. На студиях с серьезными бюджетами и репутацией львиную долю работы по-прежнему делают люди, и у этого есть простое объяснение: модель по своей природе выдает усредненный результат, а зритель большого кино ждет чего-то впечатляющего.
«Полноразмерное серьезное кино с использованием ИИ как основного инструмента — это пока удел небольших короткометражек, студенческих и пилотных проектов. Демонстрация технологии — прекрасно, но для блокбастера зритель все еще ждет человеческого почерка».
Артур Мирзоян
художник-постановщик кино и анимационных фильмов, арт-куратор
Российская индустрия внедряет ИИ быстро и почти без публичного обсуждения издержек. Насколько это окажется преимуществом, позволяющим экономить и опережать конкурентов, а насколько — отложенной проблемой, покажут ближайшие два года.
«Что дальше — вопрос открытый. Мировой рынок ИИ в кинопроизводстве уже оценивается в $3,2 млрд и по прогнозам вырастет почти в семь раз к 2033 году. Появятся новые профессии — ИИ-режиссер, ИИ-звукооператор, — но живой режиссерский взгляд эти инструменты точно не заменят. Технология неплохо считает “вероятность следующего токена”, но чувствовать зал пока не очень умеет».
Алексей Оносов
основатель компании «Юнисофт»
«Я уверен, что через три года можно будет снять за 15 миллионов рублей фильм, который сейчас стоит 150 миллионов. В десять раз дешевле и без потери качества. Сценарист и режиссер нужны будут, но всю техническую часть возьмут на себя нейросети. Будут команды, где один человек снял кино».
Алексей Парфун
вице-президент АКАР и эксперт по ИИ
