• Usd 65.59
  • Eur 76.23
  • Btc 6657.82 $

Редакция

editorial@incrussia.ru

Реклама

ad@incrussia.ru

Журнал

Кейс Deliver: «уберизировать» дальнобойщиков и выйти на оборот в сотни миллионов

Кейс Deliver: «уберизировать» дальнобойщиков и выйти на оборот в сотни миллионов

Рубрики

О журнале

Соцсети

Напишите нам

Код и Да Винчи: зачем искусство нужно блокчейну, а блокчейн — искусству (и причем тут бизнес)

Код и Да Винчи: зачем искусство нужно блокчейну, а блокчейн — искусству (и причем тут бизнес)
Изображение: The Best Offer

Джон Коэтье — «журналист, аналитик, футурист» — приехал в Москву, чтобы выступить на форуме Skolkovo Robotics, но неожиданно для себя оказался в роли интервьюера, причем разговор шел об искусстве, а собеседницами были директор Фонда русского абстрактного искусства Анна Карганова и его президент Ольга Ускова (президент группы компаний Cognitive Technologies). Inc. публикует выдержки из беседы — о том, что нужно знать коллекционеру, приобретая произведение искусства, как изменится арт-рынок в ближайшие несколько лет и какую роль в этом сыграет блокчейн.


Джон Коэтье:

Как блокчейн поможет художникам и миру искусства?

Анна Карганова:

В ближайшие 5-7 лет технология блокчейн сделает арт-процесс безопаснее. Некоторые проблемы с его помощью можно решить уже сейчас, для решения других технологию требуется «подтянуть».

Нам, коллекционерам, наиболее привлекательным и важным в этой технологии кажется потенциальная прозрачность всех процессов. Открытая децентрализованная база данных позволит хранить информацию о происхождении произведений искусства, узнавать, кто владеет самим произведением, а у кого — авторские права на него, отслеживать все транзакции с произведениями и устанавливать провенанс (участие в выставках, публикации в каталогах и т.д.), гарантировать фиксированное количество копий полотен/фотографий/видео.

Подобная база данных защитила бы художников и их наследников от незаконных продаж и ситуации, когда после выставки работы долго не возвращают их владельцам, помогала бы получать роялти. А в долгосрочной перспективе привела бы к большей готовности художников и коллекционеров отдавать работы во временные экспозиции. И побудить к покупке тех, кого привлекают инновации и высокие технологии в искусстве, но останавливает незащищенность арт-сегмента.

Интересной опцией, которая может появиться благодаря блокчейну, будет покупка доли в произведении. Но для этого необходима законодательная база, которой нигде в мире пока нет.

Ольга Ускова:

Мы могли бы использовать специальную криптовалюту для оценки произведений искусства. Сделать так, чтобы капитализация зависела от спроса — от общего количества просмотров или количества покупок.

Коэтье:

Насколько остро стоит проблема подделок в арт-мире?

Ускова:

Не так остро, как 10-15 лет назад, — этому есть несколько объяснений. Во-первых, покупательский интерес сместился в сторону послевоенного и новейшего искусства, а его отследить проще. Во-вторых, улучшились технологии анализа. А те, кто предпочитает античное или классическое искусство, покупают его годами и давно сами стали экспертами.

Наиболее часто фальсифицируемый период в русском искусстве — авангард и начало XX в. Сейчас может показаться, что самые возмутительные случаи мошенничества остались в нулевых, но только несколько месяцев назад Музей изящных искусств в Генте стал центром громкого скандала: эксперты усомнились в подлинности отдельных авангардных полотен из частной коллекции, выставленной в музее, что привело к грандиозному расследованию и закрытию выставки.

Думаю, в краткосрочной перспективе в центре внимания фальсификаторов будет искусство середины XX в.

Коэтье:

Понятно, как блокчейн может защитить от мошенничества. Где еще пригодится эта технология?

Карганова:

Прежде чем купить произведение, необходимо выяснить как можно больше деталей и фактов. Существуют 2 основных типа экспертизы: технологические исследования и заключения искусствоведов. Изучение пигментов и связующих веществ позволяет определить, соответствует ли произведение заявленному периоду, однако ничего не говорит об авторстве. Чтобы подтвердить или опровергнуть авторство, эксперты изучают структуру произведения с помощью рентгена, ищут подпись художника или предварительный карандашный набросок с помощью ультрафиолета. Историки искусства прибегают к научному исследованию — имеет смысл спрашивать мнение нескольких экспертов, и лучше, если они будут из разных стран. Сертификаты подлинности тоже нужно проверять — обращаться в выдавшие их организации.

Все эти процессы требуют времени, но только представьте, что будет, если все данные загрузить в одну открытую базу!

УСКОВА:

Думаю, привлекательность блокчейна будет расти вместе с поколением, которое его развивает. Огромную роль в мире искусства сегодня играют люди, привыкшие приобретать произведения в эмоциональной атмосфере, которую создают аукционы, приуроченные к ним выставки, научные открытия историков искусства, заключения экспертов. Как только люди, для которых в процессе покупки гораздо важнее скорость и результаты, получат для этого необходимые ресурсы, внедрение блокчейна перестанет быть сложностью.

С другой стороны, сегодня эмоции приходят в область разработки ПО. Например, разработчики нейросетей работают над созданием эмоций для ИИ — и здесь не могут обойтись без искусства. Да и само программирование больше не является чисто логическим аппаратом — это тоже форма искусства.

Рассылка журнала Inc.
Подпишитесь на самые важные материалы о бизнесе
и технологиях в России

Gett для Бизнеса

Вам шашечки, или ехать?

Узнать больше

Gett для Бизнеса

Все фишки
и секреты сервиса