• Usd 68.89
  • Eur 78.52
  • Btc 3790.66 $

Редакция

editorial@incrussia.ru

Реклама

advertising@incrussia.ru

Журнал

Олег Железко, Da Vinci Capital: «За последние 10 лет хорошие деньги заработали те, кто инвестировал вне России»

Олег Железко, Da Vinci Capital: «За последние 10 лет хорошие деньги заработали те, кто инвестировал вне России»

Рубрики

О журнале

Соцсети

Напишите нам

Разобраться

Мусор есть, но вы держитесь. Чего не хватает бизнесу в реформе переработки отходов

Мусор есть, но вы держитесь. Чего не хватает бизнесу в реформе переработки отходов
Фото: Kiyoshi Ota/Getty Images

Во время послания федеральному собранию 20 февраля Владимир Путин уделил довольно много внимания мусорной проблеме. Президент призвал навести порядок в этой сфере и избавиться от «мутных» структур, повысить обработку отходов с 7-8% до 60%, не накапливать новые миллионы тонн мусора. Мусорная реформа 2019 года в России буксует: стоимость вывоза мусора шокирует жителей, инвесторы полигонов не могут отбить свои вложения, мусорные контейнеры в ряде регионов переполнены. Зато в стране резко повысили нормы содержания в воздухе вредных веществ, характерных для выбросов мусорных полигонов. Многие из показателей стали в 60 раз выше нормативов 2009 года и в 660 раз выше, чем в 1999 году. Провести мусорную реформу на бумаге мало. Для успешной реализации новой политики индустрию переработки отходов нужно сделать привлекательной для частных инвесторов. Возврат вложений зависит не только от соглашения между государством и инвестором, но и от тарифного регулирования, противоречивого законодательства, общественных протестов, высоких затрат на газоочистку при сжигании и общей дороговизны технологий. Вот что нужно, чтобы государство и бизнес успешно сотрудничали в сфере переработки мусора.


Вспомним пример строительства завода по переработке твёрдых бытовых отходов в Левашове под Санкт-Петербургом. Объём инвестиций по модели государственно-частного партнёрства на основе законодательства Санкт-Петербурга составил €300 млн. Предполагаемая производственная мощность завода — 350 тыс. тонн в год с глубиной переработки 80% и сроком эксплуатации в 26 лет (затем его нужно будет модернизировать). Инвестором тогда выступил греческий консорциум Helector S.A. — Aktor Concessions S.A. — Aktor S.A.

Обязанности государства состояли в предоставлении земельного участка, обеспечении загрузки завода и компенсации недополученного дохода частному партнеру. Доход инвестора складывался из тарифной выручки и компенсационных платежей из бюджета региона. После заключения соглашения выяснилось, что строить на выбранном земельном участке нельзя. Пришлось подбирать новый участок, проводить повторные общественные слушания, сдвигать сроки строительства. В итоге инвестор не смог заключить соглашения об условиях финансирования и основных этапах реализации проекта. 85% долей в проектной компании выкупила другая фирма. На сегодняшний день проект заморожен. Примера с поселком Левашово достаточно, чтобы на подобные проекты не было очереди из инвесторов.


Деньги из мусора


Есть 4 основных направления в рамках мусорной реформы:

1)

формирование финансовых потоков: как и за чей счёт производится утилизация отходов;

2)

управление качеством сырья — разграничение отходов по происхождению, диспетчеризация (выделение опасных, радиоактивных, медицинских отходов, что определяет технологию дальнейшего обращения с ними);

3)

реализация — распределение и использование ресурсов, полученных в процессе утилизации (тепла, электроэнергии, вторичных ресурсов). Сюда также входит и забота об окружающей среде, чистоте воздуха, здоровье людей при утилизации и переработке ТБО;

4)

технологии — оборудование, технологические процессы.


Финансовые модели мусора


Способы утилизации отходов могут отличаться от страны к стране. Многие члены Евросоюза пропагандируют раздельный сбор мусора и переработку сырья, у нас же всё принято одной кучей вывозить на свалки. Чтобы понять смысл мусорной реформы, нужно рассмотреть финансовые модели утилизации отходов и оценить последствия каждой из них. Особенности каждой из этих моделей зависят от того, на ком лежит ответственность за утилизацию отходов.

  • Ответственность производителя за утилизацию отходов производства.

Зачастую компании выбирают самый дешевый способ утилизации — захоронение мусора на ближайших полигонах. Когда закапывать уже не получается, отходы складывают сверху и уплотняют бульдозерами и специальными катками. При достижении мусорной горой высоты 40 метров, в соответствии с европейскими нормами, свалку закрывают. Конечно, объёмы мусора поражают и подобные свалки часто становятся предметом общественных протестов.

  • Ответственность производителя за утилизацию произведенной продукции — экологический залоговый сбор.

Те, кто был в Германии, наверняка заметили, что в весьма респектабельных районах большинство граждан сдает пустые бутылки и ходит со своими пакетами в продуктовый магазин. Основа столь сознательного поведения местных жителей — финансовая выгода. Возврат одной бутылки во вторичное обращение приносит гражданам существенную сумму, не пропорциональную стоимости самого вторичного сырья. По сути, гражданин при покупке напитка передал в специальный фонд сумму залога, который позже получает обратно, как при прокате лыж или коньков в городских парках. Человеку не выгодно выкидывать в мусорный бак или ближайший овраг пустую бутылку. В России есть успешный пример такой практики: утилизационный сбор на автомобили. Если же обозначенная условная бутылка не вернулась в хозяйственный оборот, средства с залогового платежа должны быть перечислены региональному оператору. Эффективной эта система становится после нескольких лет работы, когда появляется дельта «собрано с кассы в магазине» — «выдано в автомате приема тары».

  • Ответственность потребителей.

Это как раз пункт, обозначенный в коммунальных платежках как «тариф», — самый традиционный и самый спорный денежный поток в индустрии переработки. Ведь низкий тариф не даст инвестиций, а высокий — спровоцирует социальный протест.


Мусор и мир


Лучше всего с переработкой мусорных отходов справляется Швеция, где перерабатывается 52% от общего количества мусора. За ней следует Австрия — 49,7% и Германия — 48%, сообщает Портал открытых данных правительства Москвы.

Показателен опыт Вены. Системой переработки мусора управляет компания Wien Energie. Это коммерческая структура, на 100% принадлежащая муниципалитету города. Все 4 мусоросжигательных завода в Вене объединены в единую систему, включающую ТЭЦ, котельные и тепловые сети. Компания Wien Energie централизованно предоставляет предприятиям и жителям Вены услуги, в том числе теплоснабжение, водоотведение, водо- и газоснабжение, переработку отходов, телекоммуникации.

Основная задача мусоросжигания — выработка энергии. Декларируется, что до 25% тепла в городе образуется от сжигания отходов. Генерация электроэнергии основана на использовании полученного пара в турбине.


Все заводы находятся очень близко к жилым, муниципальным и промышленным объектам. По российским нормативам, санитарная зона не соблюдается. С другой стороны, такая близость к жилью позволяет эффективно передавать тепловую энергию без лишних потерь.


Стоит отметить, что в Москве есть современный мусоросжигательный завод — МСЗ №3 на улице Подольских Курсантов, полностью реконструированный австрийцами в 2004-2007 годах. Весь технологический процесс завода, включая горение отходов и очистку отходящих газов, контролирует автоматизированная система. Данные о содержании в очищенных газах пыли, диоксида азота, хлористого водорода, диоксида серы, окиси углерода в режиме реального времени передаются на сервер ГПУ «Мосэкомониторинг» Департамента природопользования и охраны окружающей среды Правительства Москвы. Таким образом, объемы выбросов в атмосферу от сжигания отходов в городе контролируется. Однако это единственный такой завод, а президент в ходе пресс-конференции в 2018 году сказал, что таких заводов должно быть 200. Правда, непонятно, готово ли государство финансировать подобное мероприятие. Инвесторы понимают, что у перевозчиков и управляющих компаний нет обязанности привозить ТБО на объект, эксплуатируемый партнёром, поэтому логично их опасение не получить планируемый объём тарифной выручки. Инвесторов смущает и тот факт, что государство захочет построить 200 заводов на базе лучших мировых технологий, но выступит против увеличения тарифов, потому что общественность будет недовольна. В таком случае стоимость внедрения лучших технологий ляжет на плечи частного партнёра.

Для успешного сотрудничества государства с частными инвесторами необходимо, в первую очередь, разработать технико-экономические показатели заводов исходя из функциональных потребностей каждого региона, с учетом прогнозируемого объёма тарифной и коммерческой выручки. Запустить использование механизма минимальной гарантированной доходности в виде субсидий из бюджета (в случае недостаточности тарифной и коммерческой выручки), а не гоняться за красивыми западными технологиями, заранее зная, что платить за эти технологии в итоге будет некому.