ИИ в законе: депутаты обещают бизнесу общие правила игры, эксперты — новые риски
Госдума приняла во втором и третьем чтениях законопроект «О поддержке развития технологий искусственного интеллекта в Российской Федерации». Это первый отдельный рамочный документ федерального уровня, посвященный большим моделям. Участники рынка уже спорят, кому новые правила помогут, а для кого могут создать дополнительные ограничения. Подробнее — в разборе «Инка».
Правительство внесло законопроект 25 июня. Уже 8 июля депутаты приняли его во втором и третьем чтениях. Название документа делает акцент на поддержке отрасли, однако одновременно он создает основу для будущего регулирования. Законопроект определяет, какие большие модели смогут получить статус национальных или суверенных, устанавливает правила их поддержки и использования, а также затрагивает маркировку сгенерированных материалов и обучение на объектах авторского права.
Если совсем коротко, в новом законе об ИИ государство закрепило несколько базовых вещей.
Вводятся базовые понятия — в законодательстве появляются определения искусственного интеллекта, больших фундаментальных моделей, а также «национальных» и «суверенных» моделей ИИ. Эти категории важны не только для юристов, поскольку именно от статуса модели будут зависеть меры поддержки, требования и возможность ее применения в отдельных сферах.
Правительство сможет определять сферы, где разрешат использовать только национальные или суверенные большие модели. Пока это не запрет зарубежных нейросетей как таковых, но механизм для будущих ограничений уже заложен.
Разработчикам суверенных и национальных больших моделей обещают меры господдержки. Закон прямо заточен на приоритетное развитие отечественных ИИ-технологий и допускает стимулирование их внедрения в значимых отраслях — от госсектора до промышленности и энергетики.
Соцсети и платформы должны дать пользователям возможность маркировать ИИ-контент. Обязательной тотальной маркировки для всего сгенерированного контента в финальной версии нет, но инфраструктура для пометки таких материалов должна появиться.
Закон фиксирует общие правила использования объектов авторского права при обучении и применении больших моделей. Это одна из самых чувствительных зон для рынка: именно здесь пересекаются интересы разработчиков моделей, правообладателей и компаний, которые используют генеративный ИИ в работе.
Документ фактически сосредоточен на больших фундаментальных моделях, а не на всем спектре ИИ-сервисов. То есть в центре внимания государства — не каждый корпоративный чат-бот или генератор карточек товара, а прежде всего инфраструктурный слой ИИ и те игроки, которые создают базовые модели.
На бумаге все это выглядит как попытка наконец-то навести порядок в сфере, которая в России до сих пор регулировалась спорадически — через президентскую стратегию по ИИ, экспериментальные правовые режимы и точечные инициативы Минцифры. Теперь у рынка появляется отдельный закон, который должен стать отправной точкой для дальнейших правил. Но как только речь заходит о практических последствиях, консенсус заканчивается.
По мнению представителя компании «Металаб» Сергея Батулина, документ действительно нужен рынку, но чрезмерное регулирование может ударить по нему сильнее, чем отсутствие правил. Главный риск в том, что жесткие требования и новые обязанности проще выдержать крупнейшим игрокам с собственной инфраструктурой, вычислительными мощностями и штатом юристов.
«Рамочный формат это только первый шаг. Его главная опасность в том, что дальше он может обрасти избыточными подзаконными актами, которые уже реально затормозят разработку, особенно для небольших игроков без ресурсов на комплаенс (соблюдение регуляторных требований)», — заявил он «Телеспутнику».
Выходит, что небольшие компании, которые не обучают фундаментальные модели, а строят продукты поверх уже существующих ИИ-сервисов, в такой системе рискуют получить не столько защиту, сколько дополнительные барьеры и издержки. Если регулирование будет развиваться в сторону усиленного контроля и локализации, это может закрепить рынок за несколькими крупными экосистемами вместо того, чтобы ускорить конкуренцию.
Руководитель ИТ-подразделения агентства «Полилог», эксперт РОЦИТ и автор телеграм-канала «Богатырёва о цифре» Людмила Богатырёва в беседе с «Инком» отметила, что консолидация ИИ-рынка вокруг крупнейших игроков идет уже несколько лет: разработка базовых моделей требует огромных вычислительных ресурсов, данных и инвестиций.
По приведенной Богатырёвой оценке Smart Ranking, в 2024 году на «Яндекс», Сбер, «Т-Технологии», VK и «Лабораторию Касперского» пришлось 95% расчетной выручки от монетизации искусственного интеллекта.
«Поэтому закон скорее может усилить уже сложившийся тренд», — считает она.
Основатель «Школы трекеров» Евгений Калинин также считает наиболее чувствительной нормой право правительства определять сферы, где разрешат использовать только национальные или суверенные большие модели. Прямого запрета сервисов OpenAI или Anthropic документ не вводит, однако механизм для будущего ограничения их применения уже появился.
«Для того чтобы бизнесу нормально работать с ИИ, ему нужен доступ к фронтирным моделям OpenAI и Anthropic. Они сами ограничивают доступ из России, но с этим бизнесы пока справляются. Если доступ начнут дополнительно ограничивать еще и со стороны российского законодательства, работать станет сильно сложнее», — пояснил он «Инку».
Читайте также
У закона, впрочем, есть и более прагматичное прочтение. Руководитель ИИ-студии 1331 Мария Лопухина отмечает, что документ впервые задает единые правила игры для отрасли и тем самым делает среду чуть более предсказуемой для бизнеса.
«Для компаний, которые уже внедряют ИИ, это важнее отдельных требований, поскольку снижает неопределенность при использовании технологии. Бизнесу сегодня важно иметь понятные правила», — убеждена Лопухина.
Но, по ее словам, самые болезненные вопросы лежат не столько в самих моделях, сколько в данных и контенте: какие материалы можно использовать, как соблюдать требования о персональных данных и где проходят границы авторского права. Именно здесь у небольших команд и корпоративных пользователей ИИ могут вырасти расходы на комплаенс и юридическое сопровождение.
По сравнению с ранними версиями законопроект заметно смягчился. Весной и в начале лета обсуждались более жесткие нормы, включая обязательную маркировку сгенерированного контента и дополнительные обязанности для платформ. В принятой Госдумой редакции часть спорных положений убрали, а акцент перенесли с запретов на поддержку и развитие отечественных моделей.
Но ключевой вектор остался прежним: государство хочет одновременно легализовать правила игры, поддержать отечественные модели и оставить за собой право определять, какие из них окажутся «правильными» для чувствительных отраслей.
Что это значит для бизнеса
Для большинства компаний, которые просто используют ИИ-сервисы в работе, новый закон не означает немедленного запрета любимых нейросетей или срочной перестройки всех процессов с понедельника (его еще должен рассмотреть Совет Федерации и подписать президент, так что точно не с понедельника). Но он задает правила, по которым бизнесу придется жить дальше, то есть внимательнее относиться к происхождению моделей, к данным, на которых они обучаются и работают, к маркировке ИИ-контента и к юридическим рискам вокруг авторского права и персональных данных.
Нужно запомнить, закон прежде всего выстраивает рынок вокруг крупных российских разработчиков больших моделей и создает механизм будущих ограничений в чувствительных сферах. А значит, бизнесу, который внедряет ИИ, уже стоит следить не только за качеством самих инструментов, но и за тем, какие модели государство начнет продвигать или, наоборот, вытеснять в отдельных сегментах. Иными словами, ИИ в России постепенно перестает быть просто технологией — и становится еще и вопросом регуляторной стратегии.
Подпишитесь на «Инк» в Telegram. Там мы пишем нескучным языком о самом важном для предпринимателей. Подписаться.
