Не стройте бренд на том, что вам не принадлежит: чем может обернуться битва за красивый никнейм

Идентификатор в чужой базе данных

Опрошенные юристы единодушны: никнейм (псевдоним или сетевое имя в интернете, которое используется в играх, социальных сетях, мессенджерах и на форумах. — Прим.ред.) не вещь, и владеть им в привычном смысле нельзя. Серж Джаназян, руководитель юридического бутика Artiere, говорит: «В классическом смысле он никому не принадлежит. Никнейм не является ни объектом права собственности, ни цифровым активом пользователя».

Ксения Касьянова, вице-президент по стратегии и новому бизнесу КРОС, отмечает: «Никнейм закрепляется за пользователем, но права на него остаются за социальной сетью».

Правила управления никнеймами, по ее словам, за редкими нюансами одинаковы у российских и зарубежных платформ. Они нужны сервисам для борьбы с клонами и фейками страниц известных людей и брендов, а также для освобождения ников в случае долгого неиспользования аккаунта. Имя может быть передано другому пользователю, если тот докажет, что адрес нужен ему для реального бизнеса, совпадает с его уникальным именем в других соцсетях или является его зарегистрированным брендом.

Суды, по ее словам, приравнивают его то к псевдониму, то к имени, то определяют как «вымышленное сетевое имя». Поэтому она предлагает различать две ситуации. Так, вымышленный набор букв вроде TheBest2026 правовой охраны не получает. На ник, совпадающий с зарегистрированным товарным знаком или с именем человека, автора контента, распространяется соответствующий правовой режим.

Ценность без права собственности

Из того, что права собственности нет, не следует, что ценности нет.

Рынок эту ценность видит, но платит не всегда тому, кто ее создал. В 2023 году X забрала ник @music у разработчика Джереми Воута (Jeremy Vaught). Он владел им 16 лет и собрал около 450 тыс. подписчиков, а самое крупное предложение о покупке, по данным Ars Technica, составляло около $5 тыс.

Незадолго до этого при ребрендинге Twitter в X* платформа забрала ник @X* у фотографа Джина Хвана, пользовавшегося им с 2007 года. Компенсацией, как он рассказал NPR, стали лишь фирменный мерч, экскурсия по штаб-квартире и встреча с руководством.

Более того, в октябре 2025 года X запустила Handle Marketplace и превратила это правило в продукт. Платформа раздает неактивные ники подписчикам платных тарифов Premium+ и Premium Business и делит их на две категории.

Правила вместо закона

Что произойдет с ником при столкновении с брендом, зависит от площадки. Показательна история 2021 года, когда Facebook* сменила название на Meta*. Ник @meta в Instagram* к тому времени принадлежал небольшому денверскому журналу о мотоциклах META, который выходил с 2014 года. Через день после объявления о ребрендинге аккаунт журнала исчез, а его материалы переехали на @readmeta. Что именно произошло, неясно.

В Meta заявили, что юридических претензий к журналу не предъявляли, и добавили, что в Instagram* пользователи вправе менять имена. Правила сервиса при этом гласили, что имена выдаются по принципу «первым пришел, первым получил», а использование чужого знака в несвязанной сфере нарушением не считается. Вероятно, спор был урегулирован за кадром.

У VK логика другая. Мария Полунина, основатель и руководитель юридического агентства Silver Knight, обращает внимание на пункт 5.5 правил «ВКонтакте»: там запрещено использовать в качестве короткого адреса чужой товарный знак, причем «вне зависимости от класса МКТУ».

Граница товарного знака

Владельцы знаков нередко исходят из того, что регистрация дает право на одноименный адрес. Юристы это опровергают.

Наталья Ландышева, создатель центра правовой помощи «Ландпатент», говорит: «Регистрация товарного знака усиливает позицию бренда в споре о никнейме, но не дает ему автоматического права получить соответствующий адрес».

Знак защищает обозначение как средство индивидуализации товаров или услуг и не резервирует за правообладателем все совпадающие слова и адреса в интернете. Гражданский кодекс прямо упоминает размещение знака в сети, в том числе при других способах адресации, но нарушение определяется тем, как используется аккаунт и возможна ли путаница.

Но даже выигранный спор не гарантирует передачи ника. Джаназян объясняет: «Товарный знак дает право запрещать, а не требовать». Правообладатель может добиваться прекращения использования ника, если под ним предлагают однородные товары или вводят людей в заблуждение. «Но права требовать передачи никнейма себе закон не дает. Это может сделать платформа».

Он приводит пример спора «Додо Франчайзинг» с «Телеграм»* из-за юзернейма @dodopizza, перепроданного через Fragment за криптовалюту. Сначала истец требовал передать ник себе, потом изменил требования. Теперь он просит запретить мессенджеру создавать технические условия для использования его интеллектуальной собственности в качестве юзернейма и обязать опубликовать правила рассмотрения обращений правообладателей.

По словам Джаназяна, который следит за делом с 2024 года, его то передают из суда в суд, то откладывают, несмотря на то, что исход важен для всего рынка.

Личное имя как бренд

Самая сложная ситуация возникает, когда ник совпадает с именем человека, ставшим коммерческим брендом. Американский дизайнер свадебных платьев Хейли Пейдж Гутман работала в компании JLM Couture с 2011 по 2020 год и вела аккаунты «Miss Hayley Paige», в том числе, в Instagram* с более чем миллионом подписчиков. После разрыва JLM потребовала передать аккаунты себе, и суд первой инстанции с этим согласился.

В январе 2024 года Апелляционный суд второго округа США указал, что принадлежность аккаунтов нужно определять как принадлежность любого другого имущества. Если дизайнер создала их, используя личные данные и для личного пользования, права на них принадлежат ей независимо от того, как аккаунты использовались позднее. В мае 2024 года управление аккаунтами вернулось к Гутман.

Мария Полунина из Silver Knight советует сначала запросить у поддержки конкретную причину изъятия и пункт правил, на который ссылается площадка, а затем объяснить, почему решение ошибочно, например, потому, что жалоба касается другого обозначения или что у пользователя есть права на название.

В суд, по словам Джаназяна, имеет смысл идти, если площадка нарушила собственные правила и потеря поддается денежной оценке. Но суды, по его словам, неохотно вмешиваются в правила цифровых площадок, а исполнение решения российского суда в отношении иностранной платформы остается задачей «со звездочкой».

* Instagram принадлежит компании Meta, которая признана экстремистской организацией, ее деятельность в России запрещена.

*X заблокирована в России с 2022 года.

*«Телеграм» — Роскомнадзор ограничивает работу «Телеграм» в России