• Usd 68.89
  • Eur 78.52

Редакция

editorial@incrussia.ru

Реклама

advertising@incrussia.ru

Журнал

«Сейчас все будет дешеветь — офисы, сервисы, таланты. Самое время создать стартап». Ованнес Авоян, PicsArt — о плюсах кризиса и возвращении офлайна

«Сейчас все будет дешеветь — офисы, сервисы, таланты. Самое время создать стартап». Ованнес Авоян, PicsArt — о плюсах кризиса и возвращении офлайна

Рубрики

О журнале

Соцсети

Напишите нам

РАЗОБРАТЬСЯ 23 апреля 2020

«Когда всё хорошо, никто рисковать не хочет»: Николай Давыдов — о будущем венчурного рынка после коронавируса

Текст

Иван чесноков

Иллюстрация

Стас васильев

РАЗОБРАТЬСЯ 23 апреля 2020

«Когда всё хорошо, никто рисковать не хочет»: Николай Давыдов — о будущем венчурного рынка после коронавируса

Текст

Иван чесноков

Иллюстрация

Стас васильев

Это текст из редакционного спецпроекта Inc. про мир после кризиса. Здесь его оглавление.

Из-за пандемии коронавируса венчурный рынок во всем мире проседает, сделок становится меньше. Но некоторые технологические компании, к примеру Zoom, растут как на дрожжах в период карантина. Сооснователь венчурного фонда Gagarin Capital Николай Давыдов рассказал Inc., что интересует инвесторов сейчас и какие новые потребительские привычки меняют рынок.


Сейчас проходит момент первичного шока. Уже все поняли, что мир изменился, но не все еще придумали, как им в этой новой реальности существовать. Венчурный рынок немного подзавис: фонды почти не смотрят новые проекты в обычном режиме, фокусируются на собственных портфелях или специальных ситуациях.

Поскольку многие портфельные компании фондов получат меньшую выручку (если получат её вообще), то меняется их runway — период времени, который они могут прожить до того, как закончатся деньги в банке. Соответственно, фонды пересчитывают ситуацию по своим портфелям, создают резервы и повторно инвестируют в те стартапы, которым срочно нужны деньги.

Поэтому компаниям нужно увеличить свой runway, чтобы дожить до совпадения двух событий: «оттаивания» инвесторов и достижения определённых показателей, которые будут давать этим инвесторам сигнал, что компания привлекательна для инвестиций в данный момент.


Что происходит на венчурном рынке в период пандемии

Объёмы вложений на рынках разных стран сильно упали. Например, в Китае, который столкнулся с эпидемией первым, количество сделок на венчурном рынке уже упало на 50%, по сравнению со всем миром. Глобально инвестиционная сфера может потерять около $30 млрд только в этом году.

Вот как пандемия влияет на поведение инвесторов и стартапов, согласно опросу венчурных инвесторов, которое провел американский фонд и стартап-акселератор 500 Startups:

  • В большинстве фондов считают, что в этом году сложнее всего придется тем компаниям, которые рассчитывали на вложения в ранней стадии, а продолжительность кризиса, вызванного коронавирусом, оценивают в 1—2 года.
  • Одна половина инвесторов еще не решила, менять ли свои инвестиционные стратегии из-за эпидемии, а вторая половина намерена вкладываться в стартапы на тех же стадиях, что и до пандемии.
  • У инвесторов растёт интерес к стартапам из медицинской индустрии, решениям из сфер удалённой работы, логистики и продуктивности.
  • Главные рекомендации стартапам: как можно быстрее уменьшить burn rate и увеличить runway.

Кто выиграет от вируса

Многие стартапы устойчиво подают такие сигналы уже сейчас, и кто-то даже закрывает инвестиционные сделки. Но это, конечно, единицы, например, стартапы, которые напрямую выигрывают от вируса. Компания Kinsa, которая делает умные градусники, продала более 1 млн градусников и научилась использовать machine learning, чтобы предсказывать вспышки ОРВИ. Так как тестов на коронавирус до сих пор недостаточно, государство собирается покупать информацию у Kinsa.

Другой пример: сейчас люди стараются не ходить к врачам, поэтому на подъёме всё, что связано с телемедициной или визитами на дом. В Америке обычно нельзя вызвать врача на дом, но есть стартап Heal, который предоставляет такую услугу, — его рост сейчас выше всяких похвал. Есть стартапы, которые напрямую помогают бороться с вирусом: например биотех-компании, которые ищут вакцины, производители тестов, новых материалов для масок и дезинфекционных жидкостей.

А ещё есть стартапы, которые косвенно выиграют от вируса и финансового кризиса, — это всё, что связано с работой из дома, домашним фитнесом, электронным обучением и развлечениями, а также продовольствием, например умные фермы. Когда закрываются даже границы городских районов, многим институциональным учреждениям необходима продовольственная безопасность.

На хорошем подъёме сейчас будет любая робототехника в инфраструктурных индустриях, таких как агропром. Или дроны-доставщики, складские и производственные роботы — они не болеют, не переносят инфекции и не образуют профсоюзы. Когда экономика останавливается, их не нужно отправлять в оплачиваемые каникулы и до работы им добираться тоже не нужно.

Мир изменился как минимум на ближайший год. В лучшем случае, к лету спадет первая волна пандемии, но осенью-зимой она может вернуться. Если вспоминать эпидемию H1N1 («свиной грипп») в 2009 году, им переболело больше 1 млрд человек за несколько лет. Поэтому на те индустрии, что я перечислил, можно смотреть уверенно: на этом подъёме они могут занять долю рынка, которую потом не отдадут.

Сильный удар по рантье

В этих условиях у людей появляются новые привычки, особенно профессиональные. Пользовательские и профессиональные привычки — явление с невероятной инерцией. Привычки могут сохраняться десятилетиями. Их очень сложно изменить, а внедрить новые в обычное время практически невозможно.

Например, многих людей резко выкинуло на удалёнку. Сам я всегда работал удалённо, у меня везде setup (обстановка) позволяет так работать. Но я смотрю на корпоративных клиентов наших портфельных компаний: люди к себе домой едут со своими десктопными компьютерами на такси, пытаются зайти в рабочую сеть — а из-за настроек безопасности зайти извне невозможно. Администраторы срочно пытаются что-то сделать, а основные рабочие активности встали. Инфраструктуру наладили, но люди в шоке от того, что им нужно как-то теперь и работу работать, и с ребенком сидеть, и дом поддерживать.

Маленькие стартапы и распределённые команды были готовы к удалёнке. А для компаний из 500 человек поменялось очень многое. Да, топы и сэйлзы привыкли работать удалённо. Но остальные 60% сотрудников — нет. Ещё у них дома трое детей, жена, муж и кошка. Работать из дома непросто — я год учился это делать.

Но компании и люди научатся, потому что им некуда деваться. А когда научатся — поймут, что, оказывается, это часто намного эффективнее, чем работа из офиса. А раз так, то зачем нам столько офисов?

Это будет очень сильный удар по рантье. Начнет сыпаться рынок недвижимости, владельцы офисов будут их продавать. Предложений будет много, а снимать никто не будет. И тогда офисы сильно подешевеют.

При этом модель WeWork будет продолжать жить. Это, в первую очередь, модель комьюнити, а не пространства, поэтому те рантье, кто смогут предложить арендаторам что-то ещё, кроме квадратных метров класса B и парковки, смогут удержать клиентов.

Инвесторы тоже реагируют на начавшиеся изменения пользовательских привычек. Почему акции Zoom взлетели? Да потому что огромное количество людей попробовали Zoom и привыкли к нему. База пользователей компании выросла с 10 млн до 300 млн человек. И у многих из них эти пользовательские привычки останутся.

То же самое с доставкой. Если раньше сервису надо было потратить несколько тыс. рублей, чтобы привлечь пользователя, то сейчас этот пользователь приходит к ним бесплатно. Это помогает им финансово и дает резерв прочности, чтобы потом опускать цены.

Стартапам стоит подождать

Несмотря на все это, многие ещё даже не поняли, что что-то произошло. Мне пишут как ни в чём не бывало стартаперы: «Коля, привет, мы делаем вот такую штуку, подскажи, кому в корпорации написать, чтобы с ними запустить проект?» Я им отвечаю: «Представьте, вот сидит менеджер Google в диком стрессе, пытается понять, не сократят ли его, как ему сделать план, и понимает, что не сделает его. А вы приходите к нему с какой-то недоделанной штукой. Подождите». Только через 3—4 месяца в фондах и корпорациях будут готовы что-то изучать, пробовать продукты и запускать пилотные проекты.

Если подытожить, то у стартапов, которые выживут, после кризиса все будет значительно лучше. В жирные времена, когда нет кризиса и всё растёт, сотрудники бизнесов мало задумываются, как бы что-то оптимизировать. Это касается большинства компаний и напрямую влияет на B2B-стартапы, которые пытаются этим компаниям продать какую-то инновационную оптимизацию. Основателям таких стартапов стоит понимать, что во времена устойчивого роста их клиенты не заинтересованы рисковать ростом ради негарантированных улучшений.

А решения о покупке чего-либо у стартапов принимают сотрудники компаний, у которых обычно эффективность не стоит как KPI. Но когда приходит кризис, меняются KPI, меняется психология сотрудников компаний, люди становятся намного более открыты к инновациям. Ведь когда роста нет, они не рискуют его потерять, а любое повышение эффективности может сохранить их департамент от сокращений.

Это как раз идеальный шторм для инновационных компаний, которые пытались последние 5 лет дизраптить рынки, и у них получалось тяжело. А теперь толерантность клиентов к риску повысилась, и как только все отойдут от первичного шока — будут пробовать что-то новое и адаптироваться к новой реальности.

Но этот период неопределённости нужно пережить. Практически всем стартапам следует сконцентрироваться на сокращении издержек, чтобы из существующих денег в банке выжать дополнительные 4—6 месяцев runway. А это, как правило, очень серьёзные сокращения.

Надо найти то самое необходимое, что есть в компании, и оставить только его — а все остальное убрать. Не надо бояться сокращать людей, потому что важно коллективное выживание. Потом людей нанять обратно будет проще.

Те, кто пройдут через временные трудности, могут очень круто вырасти.