Пылающие ягоды. Селлеры и юристы — о том, как спасти бизнес после пожаров на складах маркетплейса

Сгоревшие надежды: сколько потеряли селлеры за время пожаров

«На складе в Электростали я потерял 2 тыс. упаковок чая. Их стоимость была около 2 млн руб.», — рассказывает «Инку» Михаил Болдырев, собственник ООО «Любимый чай» (бренд Tea Leaf).

Селлер признает, что совокупный ущерб у него выше, так как по этой партии уже были оплачены доставка, платная приемка, хранение и реклама, а часть покупателей увидела товар и добавила его в корзину. По его словам, начисленная в первые дни Wildberries компенсация покрывала 5–7% реальных потерь. Напомним, гендиректор компании Татьяна Ким 22 июля заявляла, что компания начала делать выплаты 88 тыс. пострадавшим мелким предпринимателям. 28 июля же было заявлено, что маркетплейс выплатил более 40 млн рублей семьям погибших и пострадавшим исполнителям на складах.

По словам Болдырева, на складе в Электростали находился почти весь запас его продукции на Wildberries. «Формально селлер сам выбирает склад, куда поставляет товар. Но в реальности у некоторых категорий товаров этот выбор сильно ограничен», — говорит он. В итоге бизнесмен не мог распределить свой продукт по разным складам, на севере Подмосковья продукты питания можно было поместить только в комплексе в Электростали. Альтернатива — склад в Чехове — был слишком далеко, на юге области, тогда как производство у Болдырева находится в Зеленограде.

Болдырев рассказывает, что для него это уже второй пожар. В 2024 году его товар сгорел на складе маркетплейса в Шушарах. Тогда ущерб у бизнесмена был сравнительно небольшим — несколько сотен тысяч рублей. Wildberries обещали компенсацию и рассчитывали ее около года. Ее сумма тогда была зафиксирована в актах и личном кабинете, но деньги, как утверждает предприниматель, он до сих пор не получил.

Другой селлер, Артем Дзигуненко, продавал через Wildberries БАДЫ и косметику для мужчин под брендом «Зельевар». Всю продукцию он производит сам. Оборот его товара на WB был около 6 млн руб. в месяц. На складах у него было около 1000–1500 единиц товара на сумму около 1 млн руб., большая часть из них в Электростали. «До сих пор нам официально не подтвердили ущерб. Но так как упаковка наших товаров пластиковая, шансов уцелеть у них было немного», — говорит бизнесмен.

Дзигуненко рассказывает, что до пожара бизнес был в «тяжелом, но приемлемом состоянии». Комиссии маркетплейсов росли, и чистая прибыль заметно просела в сравнении с прошлым и позапрошлым годами.

Теперь ситуация стала сложнее. Бизнесмен, чтобы сохранить бизнес, хочет бросить силы на развитие сайта. А также планирует арендовать несколько небольших складов в Москве и области.

Первым страховку начал предлагать Ozon, но в его договоре есть формулировка, что расследование причин убытка может занять неопределенно долгое время. Бизнесмену это не нравится, т.к. теоретически это может означать отсутствие выплат.

За страховку товара на 1 млн надо будет платить 345 тыс. руб. в месяц. Такую сумму придется платить, если товар месяц лежит на складе. При больших оборотах, когда товар быстро обновляется, страховка стоит дешевле.

Опрошенные «Инком» предприниматели говорят, что после атак многие селлеры оказались в критической ситуации.

Артем Дзигуненко отмечает, что знает много селлеров, у которых сгорело очень много товара. «Сейчас все они развивают свои сайты и соцсети, просят покупателей делать заказы у них напрямую, иначе они просто потеряют бизнес», — говорит он.

Еще один селлер, Эльвира Воробьева, которая владеет двумя брендами — «Darya Vorobyova» и «Анжелика и Король» — рассказала «Инку», что потеряла почти 40% товарных остатков, которые находились на складе Wildberries. Сумма ущерба — десятки миллионов рублей.

Воробьева объяснила, что бренд пляжной одежды «Анжелика и Король» развивает с 2019 года, а бренд одежды второго слоя — юбок, брюк, костюмов — «Darya Vorobyova» — с 2021-го. Производство у обоих брендов с самого начала находится в России, где выпускается 80% продукции. Часть продукции шьется в Киргизии.

Пожары из-за атак БПЛА на складах Wildberries, по словам Воробьевой, нанесли сильный удар по ее бизнесу.

Воробьева обращает внимание, что даже при сильной команде и выстроенных процессах компания не может быстро восстановиться, если исчезает такой объем товарных остатков. А если бизнес еще и закредитован, возникает риск кассового разрыва, потери темпа продаж, необходимость срочно пересматривать договоренности с партнерами.

Воробьева говорит, что, когда узнала о пожаре, первым делом начала фиксировать товарные остатки. Это нужно сделать, чтобы потом была возможность получить компенсацию.

Она говорит, что закрывать бизнес не планирует, тем более, что Wildberries для нее был одним из каналов продаж, еще 25% товаров продается через Ozon.

В ожидании выплаты: что советуют юристы

Опрошенные «Инком» юристы говорят, что селлеры могут попытаться получить компенсации за сгоревшие товары через суд.

С точки зрения действующего законодательства, вред, причиненный товару на складе маркетплейса в результате атак БПЛА, можно трактовать как неисполнение обязательства по обеспечению сохранности товаров в результате воздействия форс-мажора. В этом случае предприниматель освобождается от ответственности. Но характер обстоятельства надо еще доказать.

Если этого не удастся сделать, то Wildberries вынужден будет осуществить все выплаты. Поэтому юристы советуют селлерам, решившим пойти в суд, начать подавать иски с требованием о взыскании убытков в виде стоимости товара.

Также шансы на компенсацию есть у тех селлеров, кто поставил товар до 7 июля (когда начала действовать оферта Wildberries об отказе компенсировать потери из-за ударов беспилотников. — Прим. ред.). Юрист Алина Клинг, специализирующаяся на консультациях для онлайн-бизнеса, советует таким селлерам сделать упор именно на это. «Маркетплейс является профессиональным хранителем, поэтому отвечает за утрату товара по строгому стандарту. Изменить его соглашение сторон не может, так как эта норма является императивной согласно действующей судебной практике», — поясняет Клинг.

Иван Родионов, управляющий партнер консалтингового агентства Rodionoff Group, поясняет, что Wildberries сам оказался пострадавшей стороной чрезвычайного события и уже начал добровольные выплаты и другие меры поддержки предпринимателей. По его мнению, спор может быть перспективным, если расследование установит, что часть ущерба была вызвана не самой атакой, а предотвратимыми сопутствующими обстоятельствами.

Юристы советуют селлерам зафиксировать все потери.

Также он советует сделать скриншоты личного кабинета с датой и временем, сформировать поартикульный реестр товара, находившегося на складе, и сохранить редакцию оферты и уведомление об изменениях.

Корпоративный юрист Даниил Коновалов рекомендует также зафиксировать дату начала хранения каждой партии товара на сгоревших складах — то есть число, когда был направлен акт приемки. Надо отправить также первичное обращение к маркетплейсу с требованием сохранить все данные о товаре и не производить окончательное списание его без детализированного акта. Кроме того, Коновалов рекомендует составить и направить расчет убытков по каждому виду товаров и документально подтвержденную себестоимость.

По словам юристов, могут понадобиться любые документы: все универсальные передаточные документы (УПД), товарные накладные, счета, платежные поручения, договоры с контрагентами, поясняет руководитель Татарстанского регионального отделения ООД Гражданский комитет России Татьяна Шакурова.

Юристы считают, что суды при рассмотрении этих дел будут ориентироваться на позицию государства. Если будет принято решение поддержать селлеров, судебные споры можно будет выиграть без труда.